Книга Смерть на кончике ножа, страница 40 – Елена Терехова

— Упала, наверное, неудачно, скатилась с дамбы, головой ударилась об камень. На таких-то копытах с ремешками и неудивительно, – рассуждала пожилая женщина в тёмно-синем ситцевом платье и с двумя хозяйственными сумками в руках. – А может, и вовсе того, выпившая была.

— Ага, и поэтому милиции понабежало, как на парад! Думай, чего бормочешь! – резко осадил её такой же пожилой мужчина в кургузом сером пиджачке и с тростью в руке. – Давай-ка пойдём домой, а то вся колбаса заветрится. Простояли целый день в очереди, получается, чтоб продукты опосля испортить?

— Давай ещё чуток постоим, интересно же, – заговорила она умоляюще.

— Пошли, сказал, нечего пялиться! Помочь ты всё равно ничем не сможешь, не видела, не слышала, так чего зазря толпу создавать и мешать людя́м? Чай не цирк приехал. Беда у кого-то случилась.

Мужчина повернулся и потопал по асфальтированной дорожке вглубь парка, сильно прихрамывая и опираясь на свою трость. Повздыхав, женщина с сумками отправилась следом за ним.

Постепенно наряду милиции и подоспевшим дружинникам удалось оттеснить толпу в сторону и оцепить территорию. Почти сразу же после этого подъехала ещё одна служебная машина. Из неё вышел седовласый мужчина в синем форменном кителе и с кожаной папкой в руках. «По всей видимости, прокурорский следователь, – отметила про себя Борисова, – а это значит, что всё-таки никакой у нас не несчастный случай. Женщину убили».

— Всех присутствующих опросить в качестве свидетелей и вызвать повесткой для проведения следственных действий, – громко распорядился следователь. Уловка сработала: толпа зевак начала постепенно редеть. Фигурировать в уголовном деле, пусть даже и свидетелем, никому не хотелось. Репутация в глазах окружающих дороже.

Оглядевшись по сторонам, седовласый удовлетворённо хмыкнул и обратился к Потапову:

— Начнём?

— Мы готовы, Виталий Сергеевич. Практиканту поручим протокол вести? У него неплохо с документами получается, да и почерк красивый. – Алексей вытер вспотевший лоб носовым платком.

— Что ж, с бумагами работать – тоже наука, пусть записывает, только посматривай, чтоб не пропустил ничего. Зафиксировали положение тела?

Работа пошла своим чередом: щёлканье затвора фотоаппарата, всполохи лампы-вспышки, короткие реплики, которыми обменивались между собой люди в форме и штатском.

— Эх, нам бы сейчас сюда кинолога с собакой, глядишь, и дело бы сразу сдвинулось с мёртвой точки, – посетовал один из оперативников. Лена присмотрелась к нему и вспомнила: в прошлом году он тоже работал в составе следственной группы, Шишкин, кажется, его фамилия. Над ним ещё парни подшучивали.

— Увы, друг мой, пока кинолог доберётся из области, все следы и запахи канут в небытие. Так что надежда на собачью смекалку отпадает, будем пользоваться своей, – подвёл итог криминалист – сутуловатый мужчина средних лет с пышными усами.

— Да ладно, чего там, я ж не настаиваю, – пожал плечами Шишкин, внимательно осматривая траву вокруг.

Со своего места Лена не могла рассмотреть лица убитой, хоть и вовсю старалась. Проклятая близорукость! Она привстала на цыпочки и сощурилась. «Такое впечатление, что я её знаю», – только и успела подумать.

— Добрый вечер, Елена Валерьевна, – раздался голос практически над ухом. – Давно пребываете в гуще событий?