Книга Смерть на кончике ножа, страница 74 – Елена Терехова

— Твоё тоже так себе…

— Что ты сказал, придурок? – Гоша сжал кулаки и кинулся на Алексея, который был почти на голову выше его, а уж о физическом превосходстве и говорить не приходилось.

Потапов не двинулся с места, а вот Ксюша в несколько шагов оказалась между мужчинами. Они не сводили глаз друг с друга.

— Алексей, уходи. Я обещаю поговорить с тобой, но точно не сегодня. Георгий, если ты сейчас же не возьмёшь себя в руки, наше сегодняшнее занятие не состоится и мы выбьемся из графика. Расходимся! На сегодня все разборки отменяются.

Она подождала, пока Гоша скроется в подъезде, развернулась и прошла следом за ним, даже не взглянув больше в сторону Потапова. Алексей постоял ещё минуту, а потом закурил и пошёл прочь.

Наблюдавший за этой картиной Чужой вышел из своего укрытия за оградой парка и удобно расположился на скамейке возле подъезда Орловой. До вечерней поверки в спецобщежитии у него, Ненашева, ещё два часа, интересно, во сколько Гоша покинет этот гостеприимный дом?

Возвращения Новикова он так и не дождался.

Гоша вошёл в квартиру Ксении и огляделся.

— А у тебя уютно, света много, а мебели мало. Сколько знаю людей, у всех просто мания какая-то заставлять свободное пространство столами, шкафами и полками. У моего дядьки жена на книгах помешана – скупает всё, что попадётся. В большой комнате целая стена под стеллаж обустроена. И сплошь собрания сочинений.

— Разве книги – это плохо? – поинтересовалась девушка. Она уже вовсю хозяйничала на кухне, разогревая чайник.

В ответ он пожал плечами.

— Конечно, если не вникать в суть, то это даже очень хорошо, просто замечательно. Но дело в том, что книги эти никто не читает. Стоят они корешок к корешку, только пыль собирают да вызывают восхищение гостей. А попробуй взять что-нибудь с полки, там такой вой поднимется! Мне всегда было интересно, зачем ей, кроме школьного «Букваря» ничего не читавшей, столько книг? Какой в этом прок, престиж? С ней ведь и поговорить-то не о чем, кругозора – ноль. Я ей как-то посоветовал приобрести собрание сочинений Ленина, мол, вождь мирового пролетариата хорошо раскрыл суть накопительства и буржуазного лоска. Обиделась. К ним я больше не вхож.

Он так и стоял посреди комнаты, пока Ксюша не вкатила в неё сервировочный столик на колёсиках.

— Присаживайся на диван, чего стоишь-то столбом? – рассмеялась она.

— Ух ты, как в иностранном кино! – восхитился Гоша.

— Это дедушка сам смастерил, – пояснила Ксения, разливая чай из пузатого заварника. – Бери сахар, печенье. Вот пирожки – правда, не знаю с чем, матушка меня балует периодически. Перекусим и будем браться за учёбу.

— Пирожки я люблю. – Потирая руки, парень взглянул на стол. Первый пирожок очень быстро исчез где-то внутри. – Извини, я что-то проголодался.

— Ешь-ешь. – Сама девушка едва пригубила чай из своей чашки. – Я пока приготовлю всё необходимое для занятий, а ты не стесняйся, уплетай мамочкину стряпню, иначе она заставит меня всё это съесть. Сжалься над несчастной девушкой, мечтающей сохранить стройную фигуру.

Пока она превращала обеденный стол-книжку в школьную парту, раскладывая на нём учебники, тетради, ручки, Гоша внимательно рассматривал её. «Нашла из-за чего переживать, – рассуждал он, проглатывая очередной пирожок, как оказалось, с капустой. – Такую фигурку ничем не испортишь. Даже в обычном домашнем платье не девушка – куколка. А наряди такую в свадебное платье? А в купальник?» Он вдруг застеснялся своих мыслей, покраснел и одним глотком допил чай.