Книга Смерть ранним утром, страница 72 – Геннадий Сорокин

Рукой Алешина поверх рапорта было написано: «Сообщить инициатору запроса, что ГИЦ МВД СССР сведениями по присланным отпечаткам пальцев не располагает».

— Я знаю эту колонию, — сказал Алешин. — В ней до хрущевской амнистии двести бандеровцев содержалось. Клопов с ними прожил бок о бок почти три года. Вспомни последние сводки о радиоперехватах. Где у нас зафиксирована работа радиостанций «Уоки-Токи»? На Западной Украине и в Прибалтике. Сейчас такие же радиостанции заработали в Сибири, на месте преступления, совершенного Клоповым. Сведи все вместе! Это не может быть обычным совпадением. Между этими событиями есть взаимосвязь.

— Мне самому выехать в командировку в Сибирь? — спросил офицер.

Алешин пододвинул к себе сводку происшествий по стране, еще раз бегло пробежался по интересующему его абзацу.

— Ваше присутствие там необязательно. Направьте для оказания практической помощи оперативников из Западно-Сибирского управления. Толковых парней направьте! Самых лучших!

После ухода начальника оперативной службы Алешин вызвал своего заместителя.

— Боевую учебу «конвойного» батальона прекратить! — приказал он. — Офицерам и личному составу быть готовыми к выполнению реальной боевой задачи в любую минуту. Предполагаемый характер предстоящей операции — ликвидация вооруженной группировки.

— Весь батальон перевести на казарменное положение? — уточнил заместитель.

— Пока только одну роту. Вторая рота должна быть в экстренном резерве. Две остальные роты пускай изучают труды товарища Брежнева в расположении части. Да, вот еще что. Зарезервируйте два военно-транспортных самолета, способных долететь до Новосибирска без дозаправки.

— Оба борта полетят в Новосибирск?

— Скорее всего, один — в Сибирь, а другой — на Украину… или в Прибалтику. Черт его знает, как карта ляжет.

Василий Клопов родился 12 февраля 1932 года в городе Виннице Украинской ССР. Мать его была русской, работала нянечкой в детском саду. Отец был украинцем, ярым националистом и запойным пьяницей, числившимся в артели сапожников. Для отца Клопова это был третий брак. Две предыдущие жены выгнали его за пьянство и рукоприкладство. Почему мама Клопова вышла замуж за человека, о котором даже родственники не могли сказать ничего хорошего? Вася об этом не задумывался. Для него отец был отцом, и другого родителя он не представлял.

С рождения и до выхода из исправительно-трудовой колонии в 1955 году Вася носил фамилию отца — Дацюк. Напившись пьяным, отец Василия бил мать, доставалось и сыну. В приступе алкогольного психоза по ночам отец орал матом, поминая нецензурной бранью господа бога и всех святых. Трезвый или пьяный, он винил во всех своих бедах русских, евреев, советскую власть, поляков, соседей по улице и даже собственную жену.

Дома отец заставлял Васю говорить на украинском языке. С самого рождения для Клопова украинский язык ассоциировался с бесчинствующим пьяным отцом и побоями. Мама говорила с Васей только по-русски. В Виннице перед войной говорили на трех языках: на окраинах — на украинском, в центре города — на русском или на идиш. На момент вступления в город немецких войск в Виннице каждый пятый был евреем.

17 июля 1941 года советские войска отступили из Винницы. На следующий день отец Васи с дружками пошел громить зажиточных евреев. Евреи без боя свое имущество отдавать не хотели. Пьяный Данила Дацюк пустил в ход нож, зарезал двух человек и с награбленным добром, веселый и довольный жизнью, пошел домой. По пути ему встретился сосед, который сообщил, что немцы расстреливают мародеров без разговора и Даниле за пролитую кровь головы не сносить. В тот же день отец Васи прибился к банде уголовников и ушел с ними в лес, чтобы отсидеться, осмотреться и решить, что дальше делать.