Книга Черное сердце, страница 14 – Геннадий Сорокин

— Два участка тащу, – ответил я. – Целыми днями на работе, света белого не вижу.

— Брось свистеть! – резко оборвал меня Вьюгин. – Какие два участка? Я каждое утро начинаю со сводки о состоянии преступности в районе. У Матвеева на участке, как по заказу, тишь да гладь да божья благодать. Единственное преступление и то было очевидным.

— Что ты знаешь о Республике Конго? – неожиданно спросил Шаргунов.

К концу дня реакция у меня была заторможенной, иначе я лишился бы дара речи от удивления.

«Какое Конго? О чем он? – промелькнула мысль. – Быть может, в городе появилась новая шайка с таким названием? Хотя нет. В названии преступной группировки не может быть слова «республика». Скорее всего, Шаргунов спрашивает о государстве Конго. Придется отвечать».

Я вздохнул, посмотрел начальнику милиции Центрального района в глаза и начал рассказывать все, что знал о далекой экваториальной республике.

— Конго – бывшая французская колония на берегу одноименной реки. Столица – Браззавиль. Конго – молодое государство, придерживающееся социалистического пути развития. Президентом Конго был Патрис Лумумба, большой друг нашей страны. Лумумбу убили агенты ЦРУ. В честь него названа улица в Кировском районе. Больше я про Конго ничего не знаю.

— Молодец! – похвалил Шаргунов. – Единственное замечание: Лумумба был президентом другого Конго, того, что сейчас называется Заир. Теперь расширим вопросы по географии. Что ты знаешь о Гвинее-Бисау, Республике Гвинея, Мозамбике и Гамбии?

— Это африканские государства, стоящие на пути социалистического развития.

— Что связывает нас с этими государствами?

— Это наши союзники. Мы поставляем им хлеб, металлы, оружие, нефть. Советские специалисты помогают правительствам этих стран в восстановлении экономики.

— Ты широко замахнулся. От проблем международной политики давай перейдем этажом ниже и опустимся к нам, в Сибирь. Что у нас общего с этими африканскими странами?

— У нас же какие-то африканцы учатся, – догадался я. – Они из Конго и Гвинеи-Бисау?

— Наконец-то! – обрадовался Шаргунов. – А то начал: хлеб, металл, Патрис Лумумба, дружба народов! Все в кучу собрал и чуть мимо не прошел. В нашем пищевом техникуме обучаются две группы иностранных студентов. Первая группа закончит обучение в этом году, вторая будет учиться еще год. Пищевой техникум – единственное учебное заведение в области, где обучаются иностранцы. Среди них много негров – мужчин и женщин. Один из мужчин был убит в прошлое воскресенье.

Шаргунов подробно рассказал о загадочном убийстве Пуантье и о проблемах, связанных с его раскрытием.

— Я хочу, чтобы ты нашел выход на африканскую диаспору и помог нам разобраться, кто есть кто и какие у них взаимоотношения.

— Каким образом? – озадачился я. – Вы хотите, чтобы я под видом студента стал обучаться в пищевом техникуме, поселился в их общежитии и втерся в доверие к иностранцам?

— Что только человек не придумает, лишь бы не работать! – усмехнулся Вьюгин. – Какой из тебя разведчик-нелегал? Студенты раскусят тебя раньше, чем ты успеешь с ними познакомиться.

— Ни о каком внедрении не может быть и речи! – поддержал его Шаргунов. – Овчинка выделки не стоит. Нет никакой гарантии, что иностранцы будут делиться секретами с первым встречным. Внедрение в любой форме отпадает. Ты должен зайти в общежитие к иностранцам «с черного хода» и действовать чужими руками. Вспомни, где ты живешь и кто живет рядом с тобой.