Книга Темное настоящее, страница 29 – Геннадий Сорокин

Юра подмигнул Бобби Фарреллу на пластинке:

«Дай бог, еще встретимся!»

Шорох в угловой комнате вернул размечтавшегося парня в гостиную, заставленную мебелью в чехлах и коробками.

«Пора уходить, – подумал Борзых, – а то мне от избытка чувств чудовища начнут по углам мерещиться».

Любовно проведя ладонью по новенькой обложке пластинки, Юра поставил ее на место и вернулся на кухню.

— Лиля, у вас пластинки – высший класс! Никогда такой отличной коллекции не встречал.

— Быстро ты что-то вернулся, – удивился Черданцев. – Не успел войти и уже все просмотрел?

Потом Юра узнал, что отсутствовал буквально несколько минут, а ему показалось, что он рассматривал пластинки не меньше часа или около того.

— Лиля, ты в какую школу пойдешь? В нашу?

— Нет, в двадцать вторую.

«Я весь вечер задаю какие-то дурацкие вопросы, – рассердился на себя Борзых. – Спрашивается, куда должна пойти учиться девочка, которая жила в Багдаде? Конечно же, в школу с углубленным изучением английского языка. Что она в нашей школе забыла? У нас учителя иностранных языков привыкли, что ученикам ни английский, ни немецкий языки даром не нужны, вот и учат кое-как, на троечку. Для Лилии такой уровень преподавания не пойдет. Если ее папа в Багдаде жил, то наверняка дочку работать за границу пристроит, а там без английского никак нельзя».

— Лиля, у нас был спокойный район, – перевел разговор в другое русло Борзых, – пока Страну Дураков через дорогу не подселили. Сейчас вроде бы все стихло, массовых побоищ нет, но кто его знает, что у промзоновских на уме! Для них законы не писаны, могут и девчонку обидеть. Давай мы завтра за тобой зайдем, вместе погуляем. Покажем, что к чему, объясним, где одной лучше не появляться.

Девушке предложение понравилось. Она пообещала завтра к шести часам вечера быть готовой для прогулки. Перед расставанием оставалось решить, как гостям выйти на улицу и не напороться на засаду.

— Давайте я выйду первая, – предложила Лиля. – Я выгляну из подъезда: если никого нет, то скажу вам. Если где-нибудь рядом стоит милицейский УАЗ, то вернемся ко мне.

Накинув пальто на халат, Лиля спустилась вниз, выглянула из подъезда. На улице все было спокойно – патрули убыли в расположение части. Парни попрощались с интересной девочкой и поспешили по домам. По пути Черданцев спросил приятеля:

— Юрец, ты на что рассчитывал, когда в пятиэтажку забежал?

— На Иисуса Христа, родившегося в городе Назарет. Не мог он нас бросить на растерзание солдатам, вот и послал девочку с планеты Багдад.

Петя ничего не понял, но переспрашивать не стал.

Вернувшись в квартиру, Лиля с порога сказала:

— Я дома. Я одна!

Из угловой комнаты вышел мужчина лет сорока пяти в футболке и трико.

— Забавные парнишки! – сказал он. – За ними действительно гнались? В другой раз не открывай дверь, не спросив: «Кто там?»

— Сама не знаю, как получилось! Я рядом с дверью была, когда они позвонили. Открыла, не подумав. Они ворвались, зашептали: «За нами погоня! Спаси, или нас убьют». Я одного из них за руку укусила. Он мне ладонью рот зажимал.

— Ты думаешь, мне надо было вмешаться?

— Зачем, сама разобралась. Завтра отпустишь меня на улицу?

— Лиля, ты не маленькая девочка, чтобы я контролировал твое поведение. В гости их пока не приглашай, присмотрись: стоящие ли парни, не болтливые ли?