Книга Убийство в садовом домике, страница 22 – Геннадий Сорокин

Неожиданно Симонов замолчал на полуслове. За домом Фурманов раздалась приглушенная матерная брань.

— Это что еще за новости? – пробормотал начальник милиции и поспешил к забору, отгораживающему участок Фурманов от соседнего.

По размытой тропинке к недостроенному дому шел, пошатываясь и ругаясь последними словами, мужчина, одетый в рабочую одежду. Подойдя к дому без крыши, он открыл незапертую дверь веранды и вошел внутрь.

— Черт возьми! – разозлился Симонов. – Меня заверили, что на соседнем участке никого нет, а там какой-то алкаш бродит. Ну, блин, дайте мне до райотдела доехать! Я вам такую взбучку устрою, век не забудете!

— Проворонили, ушами прохлопали! – воскликнул за спиной Симонова Хворостов. – Как специально, все оперативники по соседним участкам разошлись. Допросить бы его надо, а некому!

— Допросим, – буркнул Симонов.

Ему было досадно, что прокурор стал свидетелем оплошности его сотрудников. Но кто бы мог подумать, что в закрытом домике притаился сосед-алкоголик? Если бы он не вышел справить нужду в туалет, стоящий впритык к забору Фурман, то его бы и до вечера никто не обнаружил.

— Сам разберусь! – сказал Симонов.

Он забрал у участкового дежурную папку с бланками и пошел лично допрашивать нетрезвого соседа. Хворостов со словами: «Ну что же, тряхнем стариной!» – пошел следом. Заняться прокурору было все равно нечем, а тут какое-никакое развлечение вырисовывалось.

Симонов и прокурор поднялись к аллее, открыли калитку, постучались в недостроенный дом. Дверь им открыл опухший от пьянки мужчина лет сорока.

— Чего надо? – грубо спросил он.

— Я – начальник Кировского РОВД, – представился Симонов. – Это мой коллега, прокурор города Хворостов. Вот мое служебное удостоверение, можете посмотреть.

Мужик посмотрел через плечо Симонова и увидел на участке Фурманов участкового инспектора милиции в форме.

— Мы здесь стоять будем или в дом пройдем? – строгим голосом спросил прокурор.

Хозяин домика не успел ответить: с аллеи к крыльцу подошел Петрович.

— Тут такое дело, – сказал он Симонову, – надо на дорогу выехать, машину «Скорой помощи» встретить. Я сгоняю?

— Поезжай, – разрешил Симонов.

Толком не протрезвевший хозяин участка видел, как милиционер в форме спрашивает у незнакомого мужчины в гражданской одежде разрешение уехать, и понял, что влип.

«Если по мою душу начальник милиции явился, то все, крышка!» – обреченно подумал он и шагнул в сторону, освобождая для гостей проход.

Хворостов и Симонов вошли внутрь. Хозяин – следом.

— Фамилия! – приказным тоном спросил Симонов.

— Безуглов Сергей Сергеевич, – ответил мужчина и достал из висевшей на гвозде спецовки удостоверение стропальщика третьего разряда.

— Рассказывай, как ты до такой жизни докатился! – потребовал прокурор.

— Выпил, что такого? – обиженно пробормотал Безуглов. – Я гостей не ждал, прибраться не успел.

В комнате домика Безуглова был беспорядок: на столе – остатки еды в немытых тарелках, в пустой консервной банке – гора папиросных окурков, на полу комнаты – грязь. У кровати, застланной одним матрацем, стояли две пустые большие бутылки из-под вина «Агдам», прозванные в народе «огнетушителями».

— Ну-ка, покажи руку! – потребовал Симонов.

Мужчина нехотя подчинился. На среднем пальце правой руки у него был вытатуирован перстень «Дорога через зону».