Книга Ритуал для посвященных, страница 100 – Геннадий Сорокин

— Больно? — спросил Виктор хозяйку.

— Перетерплю, — пообещала женщина.

Она подошла к деревянному божку на комоде, обмакнула палец в мисочку с молоком, смазала идолу губы, пробормотала молитву.

— Кому мог понадобиться младенец?

Ооржак не успела ответить. В коридоре раздался характерный скрип: кто-то пытался вставить ключ в замочную скважину, но раз за разом промахивался. Виктор шагнул на кухню — предупредить оперов о внезапном вторжении, но передумал и замер на полпути.

Дверь открылась, вошел совершенно пьяный мужик невысокого роста, с распахнутой на груди дубленкой. Не разуваясь, опираясь для устойчивости руками о стены, он пробрался в зал, увидел хозяйку с заплывшим глазом.

— Катенька, кто тебя так? — заплетающимся языком спросил незнакомец. — Он? — пьяный показал рукой на Воронова.

Заслышав шум, из кухни вышли опера.

— О, милиция уже приехала! — обрадовался незнакомец. — Арестуйте его, подлеца! Я заявление потом напишу, когда руки слушаться будут.

Ооржак подошла к мужу и со всей силы влепила ему звонкую пощечину.

— Ублюдок! Чтобы ты сдох, тварь! У нас ребенка украли, а ты шляешься неизвестно где.

— Какая трагедия! — пьяно засмеялся хозяин квартиры. — Нового найдешь, а то этот болезненным оказался, прыщами весь покрылся.

Мужчина поискал что-то вокруг себя, нашел деревянного божка.

— Попроси у него, он поможет!

Ооржак взвыла и бросилась на мужа. Воронов едва успел прикрыть собой пьяного, но на ногах не устоял и вместе с хозяйкой упал на пол.

— Брейк! — скомандовал Демидов. — Гражданка Ооржак! Собирайтесь, поедете с нами, уточним кое-какие детали. Вы, гражданин, ложитесь спать. Чувствую, у вас будет трудный вечер.

Тувинка не стала спорить, оделась, осмотрела себя в зеркало, накинула капюшон.

— Так вроде не сильно страшно? — спросила она у Воронова.

— Пойдет! — оценил маскировку Виктор. — Если край капюшона придерживать, то вообще замечательно получится.

Интеллигентного вида мужчина в пальто с каракулевым воротником бросил в сугроб сигарету, перешел к соседнему подъезду. Дождался, пока оперативники и Ооржак сядут в автомобиль, поднес руку к лицу и сказал в рукав:

— Они забрали хозяйку. Мужчина должен остаться в квартире.

— Он сильно пьяный? — спросили по рации.

— Вдрабадан. Удивляюсь, как он вообще до дома дошел.

— Оставайся на месте. Мы сейчас подъедем, — приказал невидимый начальник.

Автомобиль Демидова остыл на морозе, не желал заводиться. Пока водитель раз за разом включал зажигание, оперуполномоченный рассматривал в зеркало заднего вида Ооржак и Воронова.

— С каким бы удовольствием я высадил вас обоих и уехал к чертовой матери. Ты, Витя, втянул нас в гнуснейшую историю. Не представляю, как теперь выпутаться.

Воронов промолчал, Ооржак криво усмехнулась:

— Искали младенчика, а нашли фиг на постном масле? Так-то вы работаете — ничего не умеете.

— Погоди, Вова, еще ничего не случилось! — попытался приободрить товарища Долголеев. — Мы искали ребенка, но его кто-то похитил. Сейчас мы в любом случае обязаны принять заявление о преступлении.

— Я ничего писать не буду! — сразу предупредила Ооржак. — Был у меня ребенок или не был, это вилами на воде писано.

— Доставим Алексееву, она подтвердит, — не обращаясь ни к кому, предложил Воронов.

Водитель завел автомобиль, выехали со двора. Навстречу к дому Ооржак проехала черная «Волга» с антенной радиопередатчика на крыше.