Книга Приговор на брудершафт, страница 115 – Геннадий Сорокин

— Не пойму, за что себя можно корить.

— Если бы не я, то Дерябина бы не познакомилась с Долматовым, не привела бы его к себе домой, не устраивала бы там оргии, которые закончились изнасилованием ее младшей сестры.

— О нет, там не в Долматове было дело! Нарыв давно назрел, и рано или поздно его должно было прорвать. Не с морячком, так с кем-нибудь другим. Образно говоря, злая мачеха упустила момент и не заметила, как в глазах падчерицы появился жестокий блеск.

— Воронов, я уже говорила вам, что не сильна в аллегориях и не имею ни малейшего желания вникать в их смысл.

Виктор попрощался с Ириной Анатольевной и мысленно закрыл дело Долматова навсегда.

В декабре англичанка продемонстрировала, что значит иметь влиятельного папу. Вначале она сочеталась законным браком с Мельниковым, уехала на постоянное место жительства в столицу, а потом… перевела мужа для дальнейшего обучения в Московскую высшую школу милиции.

Узнав об этих событиях, второкурсники следственного факультета дружно воскликнули:

— Вот это класс! Офигеть, по-другому не скажешь.

Общее мнение подытожил Воронов:

— Англичанка сделала невозможное! Проще было Сапога в отряд космонавтов по блату записать. Подумать только, в разгар учебного года перевести мужа с Дальнего Востока в самую престижную школу в стране.

Парни заинтересовались, как, в принципе, можно было осуществить такой перевод. Офицер из учебного отдела подсказал, что решение о переводе принималось на уровне начальника Управления кадров и учебных заведений МВД СССР.

Закончив с Делом Долматова, Воронов заскучал. Ему стало не хватать активных действий, поиска, общения с незнакомыми людьми.

Скука продлилась недолго. В январе у одного тувинца родился внебрачный ребенок…