Книга Поручик Ржевский и дама-вампир, страница 81 – Иван Гамаюнов

— О Канте беседовать он не хочет, а я просила. Когда же вы примените вашу силу убеждения?

— Когда поедем с ним в упыриное логово, по дороге и применю, — обещал поручик. — Общее дело сближает, и разговор должен возыметь действие.

Ржевский рассчитывал, что по пути как-нибудь уговорит Петю снова побывать у лесной ведьмы. Она над «болезным» снова пошепчет, расколдует или хотя бы ослабит собственное колдовство, и всё — дело решено! Младший Бобрич не помнил, как она над ним колдовала в первый раз, и второй раз тоже забудется!

Новый план хоть и не позволял бесконечно тянуть время, но всё равно давал поручику возможность всем угодить и по-прежнему слыть мастером слова, умеющим произносить убеждающие речи. То, что вся эта каша заварилась по недосмотру самого поручика, Тасеньке не следовало знать. И вообще никому знать не следовало. От правды не будет лучше.

Ржевский вспомнил, как Тасенька с восторгом говорила, что Петя, постоянно болтавший о Канте, решил изменить своё поведение ради неё. «Я и не думала, что он на такое способен», — кажется, так она сказала. Но если выяснится, что Петя совершил для неё подвиг не по своей воле, а под действием колдовства, то Тасенька первая огорчится. Младший Бобрич снова впадёт в немилость и тоже будет несчастен. А какие беды обрушатся на голову главного виновника этого недоразумения, даже думать не хотелось!

Вот почему Ржевский очень обрадовался, когда Тасенька не стала возражать против поездки Пети к упырям:

— Если вы мне обещаете, что Пётр Алексеевич не будет приближаться к зубастой даме, то я согласна.

— Конечно, обещаю! — воскликнул поручик. Хотя позавчера не смог остановить Петю, когда тот, повинуясь колдовскому зову, подошёл слишком близко к ведьме.

— Постараюсь уговорить его, чтобы он поехал с вами, — сказала Тасенька, теперь уже решительно поднимаясь с кресла.

* * *

Ржевский, видя, что его собеседница встала и направилась к двери, тоже поднялся на ноги, однако выйти из библиотеки ему не дали.

Тасенька, приотворив дверь, выглянула в гостиную и громким шёпотом произнесла:

— Пётр Алексеевич, можно вас отвлечь от ваших занятий?

Поручик, выглянув из-за плеча Тасеньки, увидел, что все в гостиной встрепенулись.

Жена Бобрича, только что занимавшаяся вышиванием, подняла голову и спросила:

— Что у вас за собрание в библиотеке?

Дочки тоже встрепенулись, хоть и молчали.

— Небось обсуждают, как упырей убивать, — предположила Белобровкина.

Жена Бобрича обернулась к мужу:

— Что там? Ты же к ним заходил.

Хозяин дома, сидя на диванчике, пожал плечами:

— Да вроде бы ничего, душечка.

— Как «ничего»? — не унималась та. — Я же чувствую, что что-то происходит. О чём, скажи на милость, может говорить неженатый мужчина наедине с незамужней девушкой?

— Душечка, они же друзья-приятели.

— Знаю я эту дружбу! Слишком часто они говорят наедине в нашем доме. Уже третий раз за неделю!

— Душечка, это не то количество, из-за которого надо беспокоиться.

— Достаточное, чтобы окружающие могли подумать кое-что. Да, я кое-что подумала, а теперь вообще не знаю, что думать! Теперь они и моего сына к себе зовут. Для чего? Там дуэль не затевается? — Жена Бобрича обернулась к Белобровкиной и передразнила её: — Упырей убивать! А вы не боитесь, что они друг друга поубивают?