Книга Благородный детектив из Токио, страница 30 – Идзуми Аидзава

— Господин Рихито, поступил новый заказ. Клиент просит подъехать немедленно. Адрес – квартал Минато, район Сироканэ.

— Отлично. Собираемся, – в глазах Рихито вспыхнул интерес. – Похоже, впереди нас ждет непростое, но… вкусное расследование.

2

Квартал Минато, район Сироканэ. Еще один знаменитый в Японии элитный жилой район. Здесь расположилась престижная школа для девочек, а еще бывшая резиденция принца по линии Асака, основанная ее первым представителем в начале девятнадцатого века, ныне ставшая садом-музеем. Вдоль улиц тянулись белые роскошные особняки. В общем, район не уступал в своем роскошестве Сёто, где жил Рихито.

Дом Камэё Хацуты, новой клиентки детектива, располагался именно в этом районе. Здание, увенчанное остроконечной крышей, с несколькими витражными окнами, производило впечатление настоящего дворца. Построен он был на небольшом возвышении, и, если обернуться у парадных дверей, с крыльца открывался вид на весь район.

— Мое имя Камэё Хацута, – торжественно произнесла женщина, когда гости представились.

Она была одета в серое платье, несколько прядей ее коротких седых волос были окрашены в фиолетовый. Это и оказалась сама заказчица.

Итика, Рихито и Риндзо прошли следом за ней в просторную приемную. Камэё устроилась в кресле напротив, а Рихито сел на диван по диагонали от нее и откинулся на спинку. Итика с Риндзо встали позади. В приемной были только они вчетвером, но в доме они явно были не одни.

По пути из Сёто в Сироканэ Рихито и Риндзо успели рассказать Итике кое-что о семье Хацута. Их фамилия – одна из старейших в Японии, знакомая всякому богачу. Первые ее упоминания в летописях появились еще в эпоху воюющих провинций, примерно веке в пятнадцатом, а немного позже, в период Эдо, Хацута получили высший феодальный титул даймё и построили здесь, в Сироканэ, свою загородную усадьбу. С наступлением Мэйдзи, в конце девятнадцатого века, эта усадьба стала их основным домом.

Фамилию Хацута носили многие известные ученые и политики. Кроме того, к бизнесу они тоже имели прямое отношение и с годами лишь приумножали состояние: помимо особняка, им принадлежали земли, акции, целые предприятия.

Камэё, хозяйке дома, было уже восемьдесят. Муж ее давно умер, лицо покрывали глубокие морщины, но взгляд оставался острым, как у снайпера, готового в любой момент выстрелить.

— Давненько не виделись, Рихито. Смотрю, ты не изменился, – сказала Камэё, слегка улыбнувшись.

— Пожалуй. В последний раз мы встречались… Кажется, на выставке цветочных композиций икэбана, ее многие известные семьи посетили.

— Именно. Тогда мы попали в какую-то странную ситуацию, но ты ее блестяще разрешил. С тех пор я часто натыкаюсь на слухи о «детективе-богаче». Скажи-ка, род Синономэ до сих пор не принимает тебя?

— Да, ничего не поменялось, – равнодушно пожал плечами Рихито. – Впрочем, мне все равно. Лживая семейка.

— Что ж, и такое случается, – мягко отозвалась старуха. – Даже родные люди не всегда понимают друг друга.

«Похоже, Рихито и госпожа Камэё были знакомы уже давно», отметила про себя Итика. Вероятно, поэтому она и обратилась именно к нему.

— Итак, госпожа Камэё, – Рихито чуть подался вперед. Одетый в привычный костюм-тройку и с галстуком-боло на шее, он был невероятно элегантен, – расскажите, в чем суть вашего дела.