Книга Неслышные шаги зла, страница 20 – Галина Владимировна Романова

Нельзя рассказывать о себе таких вещей. Даже хорошим девушкам.

— Все просто отлично, Саша. Все ответы на твои вопросы на пять с плюсом, — излишне бравурно отреагировала Новикова.

— А почему вчера телефон был вне зоны? — укорила ее соседка. — Мы звонили раз пять, наверное, — вы вне зоны действия сети.

Этому было простое объяснение. Нина Николаевна как раз была в соляной пещере, дышала полезным воздухом. А там связи нет.

— Ну слава богу, — проворчала Саша в ответ на ее объяснение. — А то мы уж не знали, что и думать.

— Мы? Опять «мы» прозвучало, Саша? С кем это ты там время проводишь, дорогая моя? — заинтересовалась Новикова.

Если у девушки случится роман, она будет очень рада. Саша настолько погрузилась в работу, что совсем забыла, кажется, что молода и весьма привлекательна.

— С вашим гостем, Ниночка Николаевна, — удивила Саша. — К вам приезжал Максим Тройский. Красавчик, скажу я вам, каких мало. Ну и умница, да.

— А зачем он приезжал?

Она резко села на кровати, не обратив внимания на спазм в шее.

— Хотел узнать, куда вы подевались? И подробнее расспросить об истории вашего отстранения от дел отряда. Что-то ему там не понравилось.

Ей, кстати, тоже! Только списывала все на эмоции, подозревая душевное нездоровье.

— Да? И что же? — Голос даже слушаться перестал, завибрировал от радости. — Что же ему не понравилось?

— Конкретнее: кто же, а не что же. Ему не понравились двое из вашего отряда: Шмелев и Мишкин. Почему — не знаю.

— Мишкин… — задумчиво произнесла Новикова.

Она его не очень хорошо знала. У человека случилась страшная беда в жизни, трагедия. И он нашел себя в помощи другим. Новикова с ним почти не общалась. Мишкин всегда держался в тени.

— Да, и еще, Ниночка Николаевна, чтобы вам там больше не думалось и не печалилось. И чтобы мыслей никаких о болезнях не допускали, — начала с долгого вступления Саша, снова растревожив. — Ситуация с оболтусами-велосипедистами имела место быть!

— Что?! — От волнительного облегчения ее голос осип до хрипоты. — Я не придумала? Это точно было?!

— Было, было. Конечно, было, — рассмеялась Саша. — Кто-то проник в закрытый чат их одноклассников. А эти двое — Ревенков и Хлопов — там вовсю хвастаются, как всех обдурили.

— Твою мать! — сорвалось у Нины Николаевны с языка нехорошее выражение. — Вот засранцы! А я тут уже помирать собралась в хосписе! А зачем им это?

— Вот об этом не писали. Но Тройский уверен, что ими кто-то руководил. Не могли они сами все это придумать. Ой, ну что за фамилия! Что за мужчина…

— Да, он обаятельный, — не могла не согласиться Новикова. — Ты бы, Сашенька, присмотрелась к нему.

У нее вдруг резко выправилось настроение. Захотелось петь, смеяться, мечтать. Даже размечталась, что сегодня непременно прогуляется до самого дальнего уголка территории санатория. Ей давно хотелось, но необъяснимые страхи удерживали. Тайно думала, что если она больна, то может уйти в лес, раскинувшийся за низким забором, и заблудиться там. И ее никто-никто никогда не найдет. И эти опасения удерживали от манящей прогулки. Теперь же…

Теперь же она уверена, что здорова. И все тени и шаги за спиной ей просто мерещились. Все было объяснимо: страх перед возможным недугом порождал массу других опасений. Никто не может ее тут преследовать. Никто. Потому что никто, кроме Саши, не знает, где она. И все злопыхатели и недруги остались далеко, в городе. Тут им делать нечего.