Книга Кровавый вечер у продюсера, страница 160 – Николай Леонов, Алексей Макеев

Когда Гуров дошел до кулинарии, Крячко уже его ждал. Он сидел на лавочке под деревом и не спеша потягивал минералку.

— Отрезвел? — осведомился сыщик.

— А то, — кивнул Стас. — Мне Женька, конечно, предлагал продолжить банкет, но я отказался.

— Да ладно, все равно прогулял, продолжил бы, — ехидно улыбнулся Лев Иванович.

— Какие вы горькие слова говорите, товарищ полковник, — укоризненно покачал головой напарник.

— Ладно тебе, шучу. А что за Женька? Который приятель твой школьный?

— Ну да. Случайно встретились, когда я освободился. Он и предложил зайти, пропустить по рюмашке за встречу.

— Я так чувствую, одной рюмашкой дело не обошлось.

— Не обошлось. Но, как я уже сказал, не напрасно.

— Это уже что-то. Что же тебе такого твой приятель Женя рассказал?

— Садись, поведаю. — Станислав кивнул на скамейку. — Обещаю не дышать перегаром в сторону вашего величества.

— Тогда наше величество согласно. — Гуров расположился рядом. — О чем говорили хоть?

— Про Синицына.

— О как. Хотя этот твой Женя где-то в администрации, кажется, работает, если мне память не изменяет.

— В мэрии. Работал раньше, но недавно ушел.

— Но всю кухню помнит.

— Конечно. Так вот, слушай.

Крячко пересказал другу все, что услышал ранее от Евгения. Гуров слушал внимательно, не перебивая и не задавая вопросов.

— Вот такие пироги, Лева, — закончил Стас.

— Все ясно, — произнес сыщик. — Значит, Синицын может быть причастен еще к двум случаям, где погибли люди. Причем весьма подозрительно. И одному убийству.

— Да, убийцу Атюкова до сих пор не нашли, — подтвердил напарник.

— И у всех погибших, так или иначе, были, скажем так…

— Конфликты.

— Можно, конечно, и так, но я хотел выразиться иначе: недоразумения.

— Ничего себе, недоразумения, — фыркнул Станислав. — Там, как-никак, несколько покойников. То, что они слова доброго не стоили — отдельная песня, но факт есть факт.

— Давай завтра проверим, — предложил Лев Иванович. — Про ДТП и про мост с рухнувшим главой я припоминаю. Было, хотя, конечно, истории давнишние. После аварии, кстати, дело об убийстве возбуждали.

— А по мосту, скорее всего, нет, — заметил Крячко. — Списали на несчастный случай да на раззявость погибшего, и дело с концом. Мне кажется, там даже особо и не выясняли.

— По-моему, там, знаешь, как было? — Гуров сделал паузу. — Сначала на этом мосту машина почти провалилась.

— Это как это «почти»? — недоуменно посмотрел на него Стас.

— Мост начал трескаться, машина ушла в асфальт, но с высоты не рухнула, застряла прямо там. В общем, тачку кое-как с горем пополам вытащили, потом притащился этот районный глава, посмотреть, мол, действительно ли все так плохо и что вообще там надо делать. Ну и мостик под ним уже окончательно продырявился. То ли пошел не туда, то ли не на то место наступил, но итог один. Сам знаешь, какой.

— Это прям из серии «нарочно не придумаешь».

— Что-то вроде этого, — согласился сыщик. — А ты сказал, было еще покушение на адвоката?

— Да. Который дядя Миша. Коллеги по адвокатуре его так зовут. И не только они.

— Я помню. Кстати, когда читал про Синицына, где-то это мельком упоминалось. Про покушение.

— Лева, я подчеркиваю еще раз, — сказал напарник, — все то, что мне рассказал Женька — слухи.

— Все слухи на чем-то основаны, — парировал Лев Иванович. — Даже если все это стопроцентная правда, привлечь Синицына за все эти дела мы не сможем. Просто потому, что нет ни одного доказательства. А судачить можно много и долго.