Книга Кровавый вечер у продюсера, страница 165 – Николай Леонов, Алексей Макеев

— Нет, — быстро ответил Тришкин, не глядя на Крячко.

— Неужели?

— А зачем?

— Как это зачем? — переспросил сыщик. — У вас с ним общее криминальное прошлое.

— Это не повод видеться.

— Не спорю. Ты знал, что его не посадили?

— Слухи ходили.

Вот теперь из Тришкина слова приходилось будто клещами вытаскивать. Еще одно подтверждение правильности версии, сказал самому себе Лев Иванович.

— Ты знал, что он здесь?

— Не знал.

— Врешь, — чуть громче сказал Стас. — Именно Рыжий, а не эти Конь с Медяком, помог тебе скрыться. Он же сделал тебе документы, а потом, когда сюда перебрался, позвал за собой. Не за спасибо, конечно. Скажешь, что все это не так было?

Юрий промолчал. Теперь он даже не глядел на сыскарей, а уставился куда-то себе под ноги, точь-в-точь как на первых допросах.

— Молчишь, значит. — Станислав скрестил руки на груди.

— Пусть молчит, — повернулся к нему Гуров. — Мы лучше вот что сделаем. У тебя ведь знакомые журналисты есть?

— Разумеется, — ответил Крячко.

— Так вот что мы сделаем: сольем им информацию, что поймали, так сказать, исполнителя грязных дел Синицына, и он подробно, с удовольствием, рассказал обо всех «мокрых» заказах своего босса. И про директора завода, и про ДТП с чиновником, и про обвалившийся мост.

— И про покушение на адвоката, — добавил Стас.

— Обязательно. Думаю, прессе такая информация зайдет на «ура». Особенно если учесть, что одно из изданий держит главный конкурент Синицына, они нам руки и ноги целовать будут за такие ценные сведения.

— Какой же шум поднимется, — артистично произнес напарник.

— Еще бы. Сразу начнутся проверки, выяснения, расследования и прочие соответствующие действия. Вот только боюсь, Юрия мы с тобой уже больше живым не увидим. Потому что у конкурента Рыжего хорошие связи в органах, а у самого Рыжего — среди криминалитета. И даже если его начнут трясти, ему не составит труда шепнуть кому надо, чтобы избавиться от такого неблагодарного «работника».

— Ну, это само собой разумеется, — не стал спорить Станислав. — Товарищ полковник, но мы же с вами уважим будущего покойного? Букетик на могилку ему хотя бы принесем?

— Конечно, а как же иначе? — кивнул сыщик. — Если могилку потом отыщем. Но, если что, памятник соорудим, правда, рукотворный, и торжественно возложим. Ты, Юра, какие цветы любишь? Нам на будущее, чтоб знать.

Тришкин ничего не ответил, лишь с какой-то злобой и отчаянием смотрел на друзей. А Лев Иванович тем временем продолжал:

— Но не будем терять времени. Прямо сейчас позвоним, встретимся и все расскажем. Набери своего знакомого журналиста.

Крячко демонстративно вытащил телефон и принялся тыкать кнопками на экране.

— Я на громкую связь поставлю, — пояснил он. — Чтобы Юрочка не сомневался в наших намерениях.

Когда в тишине зазвучали длинные гудки, арестованный не выдержал. Он резко подался вперед и хрипло спросил:

— Что вам надо?

От его спокойствия и равнодушия, смешанного с презрением, не осталось и следа. Глаза мужчины сверкали, а руки непроизвольно сжимались в кулаки.

— Ты знаешь, Юра, — ответил Стас. — Нам нужна правда.

— Вся правда, — добавил Гуров.

— Не звоните. Я расскажу.

Сыщик повернулся к напарнику и слегка кивнул. Тот нажал на отбой, и гудки прекратились.

— Рассказывай, — разрешил сыщик.