Книга Первая ночь для дракона, страница 10 – Елена Счастная

Я обернулась, но рядом оказался вовсе не расторопный стражник. Сам Хардвин навис надо мной так, словно вот-вот обратится драконом и откусит мне голову. Эту угрозу очень ясно можно было прочитать в его раскалённых глазах.

Мгновенно протрезвевший мужик быстро вывернулся из-под меня, не сказав ни слова, не попытавшись оправдаться или извиниться: сейчас исчезнуть с глаз разъярённого ящера было для него более важным. Отяжелевший вдруг кинжал сам выпал из моей ладони, но Хардвин успел поймать его, прежде чем тот воткнулся в пол.

— Пройдёмте со мной, эфри Вурцер, — процедил он так, словно камнем о камень проскрежетал. — Вига, принеси ужин в комнату.

Служанка только кивнула, и дракон неспешно, но угрожающе твёрдо повёл меня на второй ярус. Стражи, тихо переговариваясь, снова пристроились следом. Но остались снаружи, когда Хардвин втолкнул меня внутрь.

— Я думал, что знаю о вас достаточно, эфри. — Он громко захлопнул дверь. — Оказывается, нет. Для гувернантки и даже для несостоявшейся Дочери Кригера у вас удивительно хорошие познания в том, как справляться с наглыми ухажёрами.

— Сама не ожидала, — буркнула я, на всякий случай отходя от него подальше. — Но он был очень… наглый.

Хардвин приблизился, неумолимо загоняя меня в угол взглядом и тяжестью всей своей фигуры, облачённой в белую рубашку и тёмно-серые штаны, что были заправлены в мягкие сапоги, перехваченные ремешками на голенях.

— Значит, будете по-прежнему упорствовать, что ничего не помните?

— Буду. Потому что не помню, — я чуть повысила голос.

Хардвин покивал, с сомнением поджав губы. Кажется, он забыл, что пора бы остановиться: расстояние между нами опасно сокращалось. Я даже начала чувствовать тепло, исходящее от его тела. И лёгкой остроты мужской запах, который он, видно, ещё не успел смыть после дороги.

Я схватила губами воздух, когда он быстрым движением руки поймал меня за подбородок.

— Знаете, я всё больше сомневаюсь, что вы придётесь его светлости по душе. — Глаза дракона оказались так близко от моих, что почудилось, будто я сейчас провалюсь в черноту его зрачков, как в пропасть.

— Вы меня так расстроили, прямо помру сейчас!

— Хитрить вздумали? Я знаю таких, которые из кожи вон вылезут, будут вести себя так несносно, как только можно, лишь бы увернуться от того, что их неизбежно ждёт. Сбежали от постылого мужа? И от приказа герцога хотите уйти…

— Ваше какое дело? — Я схватила его запястье, чувствуя напряжение в готовом сопротивляться до последнего теле. — Кажется, вы лишь обязаны доставить меня до места. И не можете решать, придусь я по душе герцогу или нет. Так?

Хардвин усмехнулся, неспешно скользя взглядом по моему лицу.

— Возможно. Но вы понятия не имеете, кто я такой. В то время как я узнаю вас всё лучше.

— Да ради светлой Вайсы! — огрызнулась я. — Мне-то что до вашего мнения? И прошу вас покинуть мою комнату. Это, в конце концов, неприлично.

Сердце бешено колотилось где-то между ключицами. Я щурилась, глядя в лицо Хардвина и пытаясь прогнать раздражающе ясное ощущение, что всё больше охватывало тело: он слишком близко, его сила, его воля давят меня, словно комок шерсти в кулаке. Похоже, посланник герцога и правда совсем непрост. Другое дело, что меня это не касается. Никого не касается из тех девушек, которых он, верно, уже доставил в замок его светлости.