Книга Первая ночь для дракона, страница 35 – Елена Счастная

Не зря он почувствовал, как вспыхнула её метка!

— Ты всё же решила угробить мне пару эфри.

Вигхарт остановился рядом, наблюдая, как она неспешно обмывает остатками заговоренного напитка стенки чайника.

— Все твои эфри отделались очень легко. И ты, если помнишь, сам попросил меня к ним приглядеться.

— Я просил приглядеться, а не выворачивать наизнанку! — Вигхарт ударил ладонями по спинке её кресла. — Лора вообще придёт в себя?

Магия женщин, носящих в себе драконью кровь, бывает порой очень опасна для людей.

— Поспит ночь спокойно и будет в себе. Может, станет ещё более колючей, чем раньше. Тебе, кажется, это нравится? — тётка едко улыбнулась, грохнув чайником о поднос.

Вигхарт только цыкнул. Да, от Лоры, самой не знатной из всех жён, что ему достались, он не ожидал такого нрава. Невысокая рыжая девчонка, к тому же бывшая послушница обители Дочерей — и заноза, какую ещё поискать. Гремучее сочетание, от которого в голове что-то разрывалось, вспыхивало, то обдавая гневом, то согревая горячим интересом.

— Что мне нравится, сейчас имеет не такое уж большое значение. — Вигхарт всё же сел в кресло рядом с Лотбергой.

Обоняния вдруг коснулся лёгкий пряно-хвойный запах. Кажется, такой исходил от волос Лоры, когда она налетела на него у двери. Шалая, податливая и слегка забавная. Он прикрыл веки, на миг поддавшись странному, нахлынувшему на него мягкой волной наваждению.

— Да-да, конечно, — патетично вздохнула Лотберга. — Только выгода. Только расчёт… И раз уж ты об этом заговорил, то вот тебе мои мысли: все девушки обычны и открыты. Скучны, другими словами. Эфри же Вурцер очень нестабильна. Я подумала, что это может быть связано с печатью Кригера и потерей памяти. Очень большие перепады энергии. Сильные. Странно для человеческой девушки из глуши. Кажется, она совсем потеряна. В жизни, в мыслях…

— Тебе что же, жаль её? — Вигхарт приподнял брови. — Да ну, брось. Чтобы кто-то тебя трогал, заставлял сопереживать?

— Ты так говоришь, будто я совсем уж каменная, — укоризненно вздохнула тётка. — Лора мне интересна. Интереснее других. Милая девочка…

— Не следящая за своим языком и поведением, — закончил за неё Вигхарт. — Боюсь, за два дня в пути я узнал её чуть лучше, чем ты.

— Боюсь, ты заблуждаешься.

Графиня встала и неспешно, с явной усталостью в каждом движении, прошла до обитой бордовым жаккардом софы с хитро вырезанной спинкой и завёрнутыми в две улитки подлокотниками. Неизвестно, кому принадлежала эта комната раньше, но то, как она была обставлена в тот миг, как Вигхарт поселился в Кифенвальде, очень пришлось по душе тётке.

Она вытянула ноги, тихо охая, и наконец с удобством расположилась на диванчике. Подобные вмешательства в чужие жизненные и энергетические потоки, будь это даже человеческая девушка, и у неё отбирали силы.

— У меня ещё есть время присмотреться к каждой из них. Не все рвутся домой.

— Никто не рвётся, — уточнила графиня, покосившись на него из-под прижатой ко лбу ладони. — А некоторые не рвутся в ответ узнавать тебя.

Намёк весьма прозрачный.

— Кажется, это никому из нас не нужно.

— Ты уверен? А мне вот кажется, что поближе познакомиться с какой-нибудь приятной девушкой тебе очень не повредит.

Теперь настал черёд Вигхарта возводить очи горе. Лотберга не была ему матерью, и до некоторых пор они даже не были достаточно близки. Лишь когда в Бергландере стало совсем уж невыносимо и опасно жить, когда разгорелась война с людьми за земли, пришлось вспомнить о том, что в некотором роде они родственники. Потому что без поддержки, без кого-то понимающего рядом порой весьма непросто. А Вигхарт из-за особенностей своего происхождения чаще всего старался оставаться один. Отдельно ото всех. И такое скопление женщин в этом непривычном пока доме казалось очень необычным. То ли раздражаться, то ли радоваться…