Книга Первая ночь для дракона, страница 99 – Елена Счастная

Вайса, и откуда во мне вдруг проснулась такая пылкость? Проклятое молодое вино — от него не бывает добра.

— Потому что она была более высокого положения, чем он, — нехотя пояснил Вигхарт. — Она была женой старшего принца Ротланда. А впоследствии — короля Одальгара. Да, того самого короля, чью голову кёниг Нортвин срубил своим мечом и в чьём свержении я принимал самое рьяное участие — можете мне не напоминать.

Я моргнула, неподвижно глядя в профиль его светлости. Так он, оказывается, королевских кровей! Пусть и по матери. Остальное сейчас — даже то, какая участь постигла короля Одальгара через много лет, — не казалось столь важным.

— Но как же ваш отец договорился с будущим королём, чтобы его жена родила ему ребёнка? — Я уже подняла было руку, чтобы коснуться локтя герцога, но вовремя одёрнула себя. — Да разве принц стерпел бы? Даже в те времена, когда люди и драконы жили мирно.

— А он не спрашивал, — Вигхарт пожал плечами, — он просто украл её первую ночь. Мать опоила Одальгара так, что тот уснул, не успев подтвердить брак. А отец — занял его место. Потом принцу сказали, что его первенец не выжил, а меня забрали в Бергландер. Позже мать умерла в родах, так и не сумев принести Одальгару наследника. А он женился вновь.

Да, история не из весёлых. Интересно, услышав её, сколько эфри передумали бы рваться в постель потомка линдвормов?

— А вы… — проговорила я тихо. Надеясь, признаться, что его светлость меня не услышит. — А вы любили кого-нибудь?

Герцог покосился на меня, и по его губам расползлась лёгкая улыбка. Похоже, я как раз таки подступила к той самой границе, за которой начинается тёмный запретный лес тайн и нежелательных — несмотря на наш уговор — тем.

— Вам не кажется, что я ответил на слишком много ваших вопросов для одного раза? — ожидаемо опомнился хитрый ящер. — Ваш черёд.

— Задавайте, — я вздохнула, готовясь к худшему.

И не успела ещё ничего сообразить, как Вигхарт развернулся ко мне, поймал подбородок пальцами и уверенно прижался губами к губам. Я даже растерялась в первый миг: вопрос так вопрос! Как прикажете понимать? И только качнулась назад, пытаясь прервать поцелуй, что становился всё настойчивее, как его наглейшество обнял меня за талию, совсем как в моём сне-видении. То же странное чувство, будто он поглощает меня. То же тепло, растекающееся до самого затылка. И невозможно остаться безучастной, но я пыталась, правда, хоть и без особого успеха.

Наконец герцог отпустил меня. И если бы не держал за талию, я точно провалилась бы сквозь землю от стыда и злости на саму себя.

— Даже не знаю, как истолковать ваш вопрос, — проговорила я, заправляя за ухо вьющуюся прядь.

Проклятье, как же дрожит рука! И губы — они горят слишком сильно, словно их ещё касаются губы герцога. Я ощутимо толкнула его вполне довольное драконейшество в грудь, пытаясь вложить во взгляд всё негодование, — и он чуть отступил. Как будто поверил в него. Ну конечно…

— О, это очень простой вопрос, эфри Вурцер. Но помните, что я жду честного ответа, — ящер усмехнулся одним уголком рта, выдерживая короткую паузу. — Вам понравилось?

Да, это то самое, о чём я думала: хуже быть не может. Честно признаться себе — да, мне понравилось. Я никогда не целовалась так раньше — или не помнила, — но сейчас понимала, что то, как это делает его искушённое драконейшество, это точно моё. Себя обманывать глупо.