Книга Дочь реки, страница 155 – Елена Счастная

— Как такое случилось, Гроза? — после короткого молчания спросил Рарог.

И догадываться не пришлось, чтобы понять, о чем узнать хочет. Она, все оттягивая миг ответа, слегка впилась ноготками в его живот, наблюдая, как резко прорисовались мышцы под кожей.

— Он Беляну хотел силой взять. А я застала. Не поняла, что сделала. Смотрела. Он просто упал.

Рарог вздохнул медленно, и ладонь его спустилась на плечо Грозы, скользнула под ворот рубахи, добралась до лопатки, поглаживая ее неспешно.

— Стало быть, вила все же… Мне не хотелось верить.

— Мне тоже. Но я знаю это давно, — Гроза крепче стиснула находника поперек пояса. — Вот сейчас… Сейчас я побуду еще немного. И надо расстаться.

Он покачал головой, и Гроза, сладко содрогнулась от этого короткого движения. Скатилась мелкая дрожь по животу и засела тугим комком между бедер.

— Ты думаешь, я уйду?

— Тебе нужно уйти.

Находник зарылся пятерней в волнистые пряди на затылке Грозы. Соскользнуло очелье с головы и упало куда-то в траву. Рарог ткнулся в ее макушку и шумно втянул носом воздух, сжал кулак крепче, до ощутимого натяжения волос. Гроза запрокинула голову, захлебнувшись странным удовольствием, почти до крови порезавшись об остроту его.

— Если я уйду, то направлю лодьи к ярлу Ярдару и положу там всех, чтобы только убить его и не пустить на поиски тебя.

— Я не хочу, — Гроза вжалась лицом в его плечо, как безумная, вдыхая резковатый запах его разгоряченной кожи, гладя ладонью шею и грудь. Он пах влажной после дождя сосновой корой с остринкой пыли и крови. Первородно, дико и пьяно. Хотелось губами собрать этот запах, чтобы после всегда ощущать, касаясь их языком. — Я не хочу, чтобы ты был рядом. Не хочу, чтобы ты пострадал от варягов или от меня. Этот вечер закончится, и я надеюсь, что больше мы не встретимся.

"Но я хочу видеть тебя каждый день. Каждый день чувствовать твое дыхание под рукой, — хотелось возразить самой себе. — Наверное, я все же сошла с ума".

Но Гроза промолчала, конечно. Приподняла голову и посмотрела в перечеркнутое болью лицо Рарога. В очередной раз. Каждый раз, как они сталкиваются, все заканчивается этим — его разочарованием. Но почему нет сил просто встать и уйти? Почему слова льются впустую, как вода в сухую землю? Выгоревшая душа впитывает их жадно, никак не насыщаясь — и сможет ли насытиться впрок этим днем? Ведь хочется всю жизнь, сколько еще отмеряно, провести здесь, в топкой глубине этого сумрака, пронизанного закатным светом, что струится сквозь усеянные листьями ветки, запахом яблоневого цвета и свежестью ручья, от которой холодок пробегает по оголенным лодыжкам.

— Ты самая удивительная девушка, которую я встречал, — Рарог провел кончиком пальца по спинке ее носа — и вниз, по губам. Зацепил нижнюю, чуть надавив на нее.

— Лучше бы не встречал, — Гроза прикрыла глаза, чтобы острее чувствовать легкие касания.

К шее, ключицам, по самому краю ворота.

— Не знаю, что ты себе придумала, Лиса, — прошептал Рарог, мягко переваливаясь со спины, подминая ее под себя. — Но я не жалею. Я заберу тебя. Спрячу так, что ни один варяг не найдет. И сторожить тебя буду — хочешь?

Тяжестью коснулось губ последнее слово. Осело словно бы липкой росой — и Гроза прикусила кожу, пытаясь содрать его. Тут же Рарог прижался к ее рту своим, вжимаясь так, что земля под затылком промялась. Она выгнулась, теснясь грудью к его груди. Обвивая сильную шею руками, отдаваясь на волю поцелуя без оглядки. И чувствуя, как колотится по всему телу вновь проснувшееся желание, только едва забитое в глубины души. И странно: не было в мыслях ни единого сомнения, что все происходящее с ними, плавящее их и сближающее так, что не понять, где он, а где она — правильно. И все, что могло бы быть дальше — тоже. Но Рарог не торопился распускать руки, только медленно и мягко скользил ими вдоль тела Грозы, тревожа кожу влажным от вечерней росы льном рубахи, словно бы одного поцелуя ему было достаточно.