Книга След бури, страница 37 – Елена Счастная

Позже к нему кто-то тихо подсел. А он и не заметил, как Бажан, сидевший до этого справа, уже встал; теперь его голос отчётливо гремел вдалеке, отдавая указания вконец измученным сотникам. Иногда он прерывался возгласами Хальвдана — его верегский говор трудно было не узнать. Кирилл, раздражённый мыслью о том, что его никто не разбудил, пошевелился, сбрасывая дремоту.

И понял, как же кругом тихо.

Ветер унялся, и уже это можно было назвать тишиной. В ветвях над головой щебетали и щёлкали клесты. Где-то совсем неподалёку слышался треск дров в костре, тепло, больше не уносимое безжалостными порывами, всё гуще расползалось вокруг и уже окутывало застывшие ступни. Можно было просто сидеть и наслаждаться тем, что непогода отступила.

Кирилл провел по лицу ладонью и открыл глаза.

— Хватит спать, княже. — Млада улыбнулась, пошевелила корявой палкой дрова в костре, и пламя разгорелось ярче. — Бажан отправил меня тебя разбудить. А костёр-то твой почти потух.

— Всё закончилось, — невпопад ответил Кирилл и огляделся.

Сквозь прорехи в облаках выглядывало солнце, освещая яркими пятнами снующих тут и там воинов. Суета, но не натужная, а скорее радостная, наполняла лагерь. Парни громко и облегченно переговаривались. Откуда-то издалека тянуло ароматным мясным варевом. Надо же, шустро взялись за готовку — ведь одной только солониной и хлебом пузо сильно не набьёшь. Кирилл и сам не отказался бы сейчас съесть чего горячего.

— Да, всё закончилось, — глядя вдаль, кивнула воительница. — Но дорогу-то мы так и не нашли. Кажется, совсем ушли в сторону.

Она внимательно посмотрела на Кирилла и снова поворошила горящие поленья. Плащ, уже оттаявший, мокрой неприглядной тряпкой свисал с её плеч и едва заметно дымился от близости костра.

— Это не беда, найдём! — Кирилл снял рукавицы и потёр ладони.

— Я принесу чего поесть. Тебе надо согреться, княже.

— Не беспокойся. Лешко принесёт, — нарочно не посмотрев на Младу, бросил он и, отыскав глазами Бажана, поднялся. — Ты лучше шла бы, пленника своего караулила.

Кирилл размял одеревеневшие от долгого сидения ноги и поспешил за уходящим вглубь лагеря воеводой. Поравнялся с ним и ответил на приветствие кивком.

— Как думаешь, Бажан, далеко мы ушли не в ту сторону?

Тот передёрнул плечами и взглянул в небо.

— Изрядно. Почти весь день топали не туда. Но по солнцу теперь исправиться легче.

— Все целы после ночи?

— Не все, конечно. У многих воев теперь жар и лихорадка. Как только дойдём до какой деревни, оставим их там. Всё равно им уже до конца не дотянуть… Ещё пало больше дюжины лошадей — и тяжеловозы тоже. Некоторые сани из обоза придётся бросить.

Кирилл посмотрел себе под ноги, размышляя.

— Отправим несколько человек искать дорогу, — он остановился. — Всем войском по лесу таскаться не станем. Пусть парни пока передохнут.

— Так будет лучше всего, — согласился Бажан.

— Прикажи сотникам подобрать людей. Человек пятерых — не больше.

Воевода кивнул и громко, так, что едва не заложило уши, кликнул сотника Варея, который как раз ходил поблизости. Тот выслушал приказ и без промедлений отправился исполнять. Бажан собрался было уходить вслед за ним, но Кирилл его окликнул.

— Зачем ты послал ко мне Младу? Знаешь ведь, что у неё особое задание.

— Думается мне, ты её сильно увидеть хотел всё это время, — воевода почесал мокрую от снега бороду. — Не знаю уж, почему. И не скажу, что мне это нравится. Но вижу, что рядом с ней тебе как будто… легче становится. Вот и послал. А вельд никуда не денется.