Книга Бывший муж. А кто теперь кому не пара, страница 18 – Ева Стоун

— Ева… — он делает паузу между словами. — Как давно ты знаешь? Узнала еще до Кати или…?

— За пару минут до тебя узнала.

Зря я говорю ему правду. Надо избавлять от привычки обнажать душу перед теми, кто этого не заслуживает.

Я стою к нему спиной, обняв себя руками. Дрожащие пальцы обхватывают плечи.

Сейчас ключевой момент, я чувствую это кожей. В пространстве нашей спальни собираются грозовые тучи, и сгущаются они над моей головой.

— Понял, — стоя на расстоянии, говорит он. Даже не подходит, хотя до этого прямо горел желанием меня облапать. — И что ты решила?

— А что можно решить, Вань? Что я могла решить за какие-то жалкие минуты? — спрашиваю его, поворачиваясь к нему через плечо. — Или дело в том, что как раз таки ты все уже решить успел?

Тишина.

Он прочищает горло, приложив к губам кулак. А я дрожу как на морозе. Чем прочнее укореняется в моей голове факт беременности, тем ощутимее сдвигается моя картина мира.

— Нам в такой период, когда и так штормит… Ева, ну, посуди сама. Какой ребенок, когда у тебя нервы, а между нами… Ты сама видишь. У нас сильный разлад, и я не дурак, понимаю, что мне придется попотеть, чтобы заслужить твое доверие снова. А уже там… там можем посмотреть, хотим мы ребенка или нет.

Выслушав его слова, я почувствовала себя совершенно разбитой. Это ощущалось двойным предательством, которое ударило по мне сильнее, чем я могла представить даже в самом страшном сне.

Сначала любовница, готовая подарить ему сыновей, теперь какие-то нелепые оправдания, почему я должна пойти на аборт…

Нет, этого слова вслух он не говорил. Он же не настолько плохой и циничный человек. Легче подтолкнуть меня к нужному действию, чем побудить к нему некрасивыми словами. Никто не хочет быть чудовищем.

Но он и есть чудовище. После всего, что он сделал.

Впрочем, слов и не нужно было — я всё прекрасно смогла прочитать между строк. Не маленькая, да и не такая наивная, как ему кажется.

Дальше произошло неожиданное. У меня открылось второе дыхание, мотиватором которого было желание мести.

То, что казалось моему мужу периодом затишья и нейтралитета между нами, для меня было временем продумывания своего ухода. Причем такого, чтобы Демидов меня запомнил на всю оставшуюся жизнь.

Ваня так и не догадался, что я вожу его за нос, и снисходительно ждал, когда же я оттаю.

Даже вёл он себя идеально: отчитывался мне о том, во сколько уезжает на работу, во сколько приедет, закупал продукты для дома, прибирался, мыл посуду, занимался стиркой — одним словом, делал всё то, что раньше называл бабскими занятиями.

Жаль, что мне это было уже не нужно.

Всё, что он делал, меня искренне раздражало, потому что он убил во мне любовь. Зато разбудил прагматика — этакую расчётливую женщину, которая уже давно сделала выбор, и дело осталось за подходящим моментом, когда лучше всего нанести удар.

Тема беременности до сих пор оставалась подвешенной в воздухе. Ею была пропитана тишина в нашем некогда счастливом доме… В груди саднило каждый раз, когда я вспоминала наше прошлое до того, как вскрылась его измена.

Он меня убил. Выкорчевал из меня женщину, оставив только пустую оболочку.

И надо же было случиться такому чуду, что именно в это время внутри меня, под сердцем, растёт новая жизнь. Я очень жду момента, когда в моей жизни буду только я и малыш, любовь к которому растет с каждым днем.