Книга Бывшие. Хочу тебя себе, страница 92 – Ева Стоун

Демид поднимает моё лицо за подбородок и начинает говорить вещи, от которых у меня подскакивает пульс.

— Когда ты рядом я засыпаю и просыпаюсь таким, - он берёт мою ладонь и прикладывает к затвердевшему члену, что прикрыт одним только полотенцем.

Сдёргиваю его с бёдер Демида и прохожусь кончиками пальцев по гладкой коже с отчётливым рисунком выступающих вен.

Он со свистом втягивает воздух и опускает взгляд вниз, чтобы видеть, как я обхватываю его член ладонью и начинаю водить вверх-вниз.

Его дыхание учащается, становится рваным, а я жадно ловлю каждый вдох.

— Душ отменяется.

Он подталкивает меня к кровати, и стоит мне лечь, располагается сверху. Я уже горю от нетерпения почувствовать его в себе, хочу этого так сильно, вот-вот начну молить его об этом.

Демид истязает мой рот глубоким поцелуем и обеими ладонями проникает под майку. Я выгибаюсь ему навстречу, он накрывает мою грудь, дразняще массируя затвердевшие соски. И сцеловывает вырывающиеся из груди стоны.

Он стягивает с меня майку через голову и бросает в сторону. То же самое проделывает с трусиками.

Несколько секунд он смотрит на моё полностью обнажённое тело и тяжело дышит. Я вижу, как возбуждён его член и как он сам напряжён до предела.

Что-то вдруг промелькнуло в его взгляде.

Он разводит мои бёдра в стороны и всего одним касанием языка вдоль моего клитора едва не заставляет меня кончить. Хватаюсь за попавшуюся под руки простынь и сжимаю в кулаке. Замечая мою реакцию, он решает повторить это ещё несколько раз, и я уже ощущаю, как близок наступающий оргазм.

Кожа горит, грудь и соски изнывают, внизу живота нарастает сладкая пульсация, но Демид никак не останавливается.

Я не могу говорить, не могу думать, остаётся ловить ртом воздух и облизывать пересохшие губы.

Прихожу в себя, когда вверх по животу Демид прокладывает дорожку из поцелуев, что заканчивается жалящим прикосновением на моей шее.

— Моя девочка, - шепчет он, водя головкой члена у самого входа. – Мокрая. Красивая. Моя. Правда?

— Твоя, - обхватываю его руками и притягиваю к себе. Сосками трусь об него, чтобы испытать хоть малейшее облегчение. – Демид, пожалуйста…

В ответ на мою просьбу головка большого каменного члена наконец-то проникает в меня. Но это не приносит никакого облегчения.

Наоборот… Ощущение пустоты внутри нарастает. Я ещё никогда не испытывала такого возбуждения. Хочется продлить его как можно дольше, и в то же самое время довести до конца, чтобы получить оргазм. Невероятный и сносящий всё на своём пути, словно сошедшая с гор лавина…

— Чего ты хочешь? Скажи. Я всё сделаю, - нависает надо мной, смотрит затуманенным синим взглядом. Сам еле держится, а меня дразнит.

— Тебя, - говорю сбившимся голосом, будто я пробежала марафон. – Тебя хочу.

— Вот так? – он медленно толкается вперёд и заполняет меня собой.

— Да, - отвечаю молящим шёпотом и утопаю в ощущениях.

Адаров решает сжалиться и всё-таки обрушивается на меня своей мощью. Его губы плотно прижаты к моим, руки жадно сжимают бёдра, он продолжает вбиваться в моё тело, раз за разом насаживая меня на свой член.

Первый оргазм наступает практически моментально. Демид ловит мой стон губами, и замедляется, чтобы я могла отдышаться на волнах угасающего всплеска удовольствия.

От нежного секса в передышке он переходит к чувственному и более горячему почти сразу же. Пискнуть не успеваю, как он переворачивает меня и вот я уже лежу на животе.

Ему мало. Всегда мало. Секс для него - это целая палитра, и он не успокоится, пока не покажет мне все краски.

И как я могла подумать, что искра между нами потухла?..

Моей самой любимой частью секса является момент, когда пика, наконец, достигает он. Его оргазм – моя сокровенная сексуальная фантазия. Стоит прикрыть глаза и вспомнить наши ночи, как внизу живота растекается тепло, а вместе с ним ноющее чувство пустоты.

Порцию своего удовольствия этой ночью я уже получила. Теперь пришло время позаботиться о муже. Толкаю Демид на кровать, перебрасываю через него ногу.

Мою инициативу он встречает порочной улыбкой, затем обхватывает голову пятернёй и привлекает к своему лицу. Так даже лучше, ведь я не пропущу ни одной эмоции.

Стоит мне задвигать бёдрами, как его лицо меняется. Становится сосредоточенным, но всё равно дико сексуальным. Когда я наращиваю скорость в позе наездницы, он вдруг перенимает контроль на себя, и держа меня за талию, бурно кончает в несколько мощных толчков.

А я от этой картины снова не на шутку завожусь. И мне не удаётся утаить этого от Демида…

Спать мы ложимся ближе к рассвету. Он сгребает меня в объятия и целует в немного влажные после душа волосы. Я нежусь в его руках, чувствую себя защищённой и безгранично счастливой.

— Я так сильно тебя люблю, Адаров, - признаюсь сквозь одолевающий меня сон.

— Я тоже тебя люблю, Адарова, - усмехается Демид. – И с первой минуты знакомства знал, что однажды ты будешь носить мою фамилию.