Книга Четвертое королевство, страница 122 – Ана Эм

23

Амора моргнула и еще раз встряхнула головой в попытке отогнать сон. В этой непроглядной тьме на самых низах корабля ее глаза закрывались сами по себе. Она сидела на полу своей камеры, обхватив колени руками. Ее кожа зудела. И этот зуд был похож на голод. На предчувствие. Стоило на мгновение прикрыть глаза, как тьма окутывала ее всю разом. Амора видела море вокруг себя. Технически, пусть и окруженная деревом, она все же находилась под водой. И она чувствовала эту дикую пульсацию всем своим существом. Чувствовала волны и нечто, что двигалось в ее сторону издалека. Желание обратиться становилось болезненной потребностью, которую всю труднее было сдерживать здесь, в одиночестве и без какого-либо отвлечения.

Амора крепче обхватила колени руками и сглотнула, стараясь унять бешеный пульс. Ей нужно было собраться. Нужно было проникнуть в каюту Дэмиана и увидеть карту.

Тьма вокруг была так похожа на тьму, что появлялась, когда она закрывала глаза. Железные прутья ее камеры вдруг сменились водой и щупальцами. Затем снова прутья.

Какого кракена с ней происходит?

Медленно втянув ртом воздух, она заставила себя думать. Как думала бы Фелия. Заставила себя вспомнить все, что могла бы узнать от Гивы.

Как бы Аморе не хотелось отрицать или вообще стереть этот факт из своей памяти, она знала, что медальон выбрал ее, а значит, она почти что хранительница. И высока вероятность, что этот зуд и зов моря ничто иное, как проявление ее магии. Однако…однако Амора четко помнила слова Гивы о том, как важен медальон. Без него магию не направить. Все равно что попытаться объять все Семь морей. Но что это значило для Аморы? Что сказала Фелия?

Если не научиться правильно направлять и использовать эту магию, она рано или поздно поглотит, убьет Амору, выжжет ее изнутри.

Принцесса Оринфа уткнулась в колени, вздрогнув. Она не хотела умирать. Ей нужно было каким-то образом добраться до медальона. Хотя бы для того, чтобы унять этот зуд под кожей. Амора встряхнула головой. Она никогда не боялась даже самых темных уголков моря, но сейчас даже сама мысль о том, чтобы оказаться под водой заставляла сердце ускориться. Все эти твари, что она видит в своих снах, что если они на самом деле существуют?

Около века в подводном царстве видели лишь змееподобных нагов и практически безобидных кэлпи. Были еще сирены, занимающие одно из семи морей, но их старались не трогать, так как вот уже несколько веков подряд не было хранительницы, способной их призвать, а уж контролировать их вообще могла только одна единственная русалка в прошлом.

Амора не помнила, когда именно проявляются дары хранительниц. До или после тренировок в пустоши? Что если не она одна видит эти кошмары? Что если и Дэя, и жуткие близняшки видят то же самое? Сумеют ли они предупредить остальных?

Еще никогда в своей жизни Амора не чувствовала себя настолько ничтожной и беспомощной. Даже в детстве, когда мать заставляла ее тренироваться до потери сознания, а потом неизбежно проходить через наказания, Амора не казалась себе такой крошечной как сейчас.

Зуд под кожей все нарастал и нарастал. Вены гудели от силы, которую русалка не понимала.

Соберись.

Как бы поступила Гива на твоем месте?

Она бы никогда в жизни не стала сбегать и не оказалась бы на этом проклятом корабле. Но все же…Она бы сделала все необходимое для того, чтобы выжить. Выжить и защитить тех, кто ей дорог. Как исполнить второе Амора понятия не имела, но с первым вполне могла справиться. Она знала, что делать. У нее был план.