Книга Скандальная блогерша для драконьего лорда, страница 44 – Лина Дорель

— Понимаешь, драконы устроены иначе, чем люди, — признался он. — У нас есть инстинкт. Территориальность. Когда дракон занимает землю, эта земля становится его продолжением. Ее состояние отражается на его состоянии. Если земля процветает — процветает дракон. Если земля в упадке — дракон чахнет. Это не метафора, это буквально так работает. Понимаешь, драконы живут очень долго. Столетиями. Тысячелетиями. И когда у тебя впереди бесконечность, очень легко потерять мотивацию что-либо делать. Зачем стараться, зачем строить, зачем улучшать, если ты и так переживешь всех, кого знаешь? Если все, что ты создашь, рано или поздно превратится в пыль? И многие драконы впадают в апатию. Сидят в своих замках, копят богатства, которые им не нужны, спят десятилетиями, потому что бодрствовать слишком скучно. Превращаются в то, чем нас описывают в человеческих легендах: алчные, жестокие, равнодушные чудовища. Не потому что мы такие от природы, а потому что теряем связь с тем, что делает жизнь значимой.

Мы продолжили спуск. Тропинка петляла между валунами, поросшими мхом, мимо зарослей диких цветов, которые наполняли воздух сладким ароматом. Птицы пели в кустах, и где-то вдалеке слышалось мычание коров. Прямо идиллия.

— А дань? — спросила я, перешагивая через упавшее дерево. — Зачем тебе люди в замке? Если ты можешь нанять слуг, заплатить им нормально?

Лицо Элиана потемнело.

— Дань была установлена Старшим Советом, — объяснил он. — Традиция, которая существует уже много сотен лет. Драконы требуют от подчиненных территорий дани: золота, товаров или людей. Я не могу просто отменить ее, Старший Совет сочтет это слабостью, признаком того, что я не контролирую свои земли. А слабость недопустима. Слабых драконов убирают.

— Убирают? — я остановилась. — В смысле... убивают?

— Убирают? — я остановилась. — В смысле... убивают?

— Иногда убивают, — спокойно ответил Элиан. — Чаще просто лишают территории. Дракон без земли — это медленная смерть. Мы не можем существовать долго без связи с территорией. Поэтому я продолжаю принимать дань, хотя мне это не нужно. Золото складирую в подвалах, товары раздаю обратно деревням под видом помощи, а людей... ну, ты видела. Марта, Элис, Грейс, Иви. Они живут в замке, формально считаются моей собственностью, но по факту просто работают за жилье, еду и небольшое жалование. Могут уйти, когда захотят. Просто не хотят — здесь им лучше, чем было в деревнях.

Я задумалась, переваривая информацию. Значит, вся эта система была фасадом. Элиан играл в тирана, чтобы удовлетворить требования других драконов, но на деле заботился о своих людях.

— Хитро, — призналась я.

— Добро пожаловать в политику драконов, — сухо отозвался Элиан.

Мы вышли на равнину, и тропинка превратилась в широкую утоптанную дорогу, ведущую к первой деревне.

Я увидела крестьян, работающих в полях, женщин, развешивающих белье во дворах, детей, гоняющих за курами с палками. Обычная сельская жизнь.

Мы свернули на узкую улочку между домами. Несколько жителей, увидев Элиана, замерли, потом низко поклонились.

— Доброе утро, милорд! — окликнул его пожилой мужчина, выходя из одного из домов. На нем был кожаный фартук, руки по локоть были в саже — кузнец, видимо. — Не ожидал увидеть вас в деревне. Случилось что?