Книга Его одержимость. Будешь моей, страница 124 – Дилара Александрова

— Слышал, урод? Она с тобой не пойдет, — он сказал это так довольно, что впору смахивать сметану с усов. — Я знал, что она сделает правильный выбор. Просто хотел, чтобы ты это услышал. Видел бы свою глупую рожу.

— Тогда сделаем по-другому, — выпалил Элайза, вынув импульсник из-за спины. Наставил его на Кассариона. — Отойди в сторону, принцесса пойдет со мной.

Тайра и Лаура завопили, упав на мох. Они уже собрали вещи и вышли с рюкзаками к ребятам, а тут Элайза начал размахивать оружием.

— Ну ты и идиот, — цокнул Кассарион, почувствовав, как в одно мгновение к нему вернулись способности. Джудит со страху отключила свою телепатию. — Хочешь напугать меня своей пукалкой? Я не переломил тебе шею только потому, что не хочу показывать девчонкам твою смерть.

— Ты серьезно? — рассмеялся Элайза. — Это "Вермат" 76, с мощностью заряда в 5 мегадоурс, у него такая скорость, что никакая телепатия ее не остановит. Пошел ты, — выпалил он и нажал на курок.

Джудит закричала, когда Кассарион оттолкнула ее в сторону — с линии непосредственного удара.

Все произошло так быстро… Кассарион выставил телепатическую защиту, в нее ударился заряд и распластался по куполу-щиту. Серебристый, с тонкими энергетическими потоками импульса. Кассарион остановил выстрел.

Не веря своим глазам, Элайза вылупился, словно перед ним только что приземлился мифический дракон.

Телепатия Кассариона напряглась, затвердела и лопнула — импульс срикошетил по самому Эалайзе, отбрасывая его в сторону — практически к обрыву. Мотнув головой, он вскочил на ноги.

— Лучше я сделаю это сам, тварь, — прорычал Кассарион и метнулся к нему, словно стрела.

Он двигался так быстро, что глаза едва поспевали улавливать размытый силуэт. Вот, он оказался рядом с Элайзой, и теперь уже за его спиной. Тот едва успел снова поднять оружие и нажать на курок, даже не прицелившись, как в руках Касса сверкнуло лезвие ножа. Выстрел ушел вверх, глухим хлопком спугнув птиц на скалах.

Брызнула кровь. Девочки завизжали, когда лезвие вспороло мягкое горло, и Элайза, обмякнув, шлепнулся на камень.

Кассарион посмотрел на труп, стряхивая кровь с ножа:

— Собаке собачья смерть, — сказал он холодно и опустил подошву крепких ботинком ему на плечо. Толкнул. Тело свалилось с обрыва, оставляя на камнях лужу алой крови.

Девчонки, срывая голос до хрипоты, припустили вниз, по дорожке — теперь они их уже не увидят. В лагере остались только они, вдвоем.

— Прости, — сказал Кассарион, поднимая упавший браслет Элайзы. Он успел отцепить его с запястья предателя прежде, чем перерезать ему горло. Посмотрел на отсчет до очередного контакта — три часа. — Я не хотел, чтобы ты это видела. Честно. Надо было убить раньше. Черт… три часа до связи с заговорщиками… хотя у нас достаточно времени, чтобы убраться отсюда.

Джудит, словно зомби, побрела прочь — чтобы не чувствовать удушливого, железистого запаха крови. Кассарион двинулся за ней. Они остановились около пруда, где так приятно пахло водорослями и еще не сошедшей ночной прохладой. Кассарион снял перчатки и опустился к воде, чтобы смыть кровь с пальцев. Делал он это молча.

Девушка смотрела на него, понимая, что боится. Кассарион был уверенным в себе, жестоким, решительным и не останавливался ни перед чем, чтобы достичь своей цели. Он… просто вырос.