Книга Его одержимость. Будешь моей, страница 8 – Дилара Александрова

— Практику оставь мне.

— И это… — Аксиом посмотрел вправо-влево, будто за ним кто-то следит. — Моей жене ни слова… она… женщина с характером. Ну, мало ли…

— Конечно, я ничего не расскажу, — поклялся Кассарион, — Как будто в первый раз.

— Да, согласен, некоторые вещи ей лучше не знать. Она не любит, когда кто-то пользуется моими полезными советами, хотя эти методы в свое время сработали на полную.

— Спасибо, — благодарно ответил Кассарион, — Женщинам, вообще, лучше держаться от некоторых секретов подальше. Для их же блага.

Тогда ему исполнилось уже двадцать, и Кассарион знал, что в силу редкого типажа своих предпочтений тренировки у него проходить будут довольно редко. Поэтому нужно начинать заранее, используя каждую возможность.

Мужчина прослыл волком-одиночкой, недоступным и холодным, как горные вершины Баллу. А еще саркастичным и довольно бесцеремонным. Кассариону казалось, что такое поведение должно отпугивать женщин, но оно, напротив, почему то их притягивало, словно магнит. Для него так и осталось загадкой, почему.

Никто не знал, кроме Аксиома, что Кассарион желал достигнуть в интимных тренировках определенного успеха. Его не интересовали отношения. Только результат.

Не удивительно, что первой его женщиной стала проститутка. Впрочем, как и все последующие.

Хотя, можно ли это назвать полноценными встречами, Кассарион не знал. Он никогда не прикасался к девушкам, только силой мысли.

Подлив горячительного в стакан, девушка не вернулась на свое место, а начала плавно двигать бедрами почти у самого его носа.

— Что ты делаешь? — спросил Касаарион, оторвавшись от голограммы с анатомическим атласом.

— Танцую, — проворковала девушка. — Хочу, чтобы ты развлекся намного. Что за каракули ты смотришь? Сюда приходят веселиться.

— Я веселюсь. Не надо танцевать, это меня отвлекает.

— Как ты напряжен, — посетовала девушка. — Расслабься. Почему ты такой хмурый?

— Потому что нахожусь там, где мне не нравится. "Арника", знаешь ли, не предел мечтаний. Но однажды я должен взять свое.

— Не поняла, — хлопнула большими глазами девушка, встав перед ним на колени. Ее красивые тонкие пальчики, словно юркие паучки, начали подбираться к его бедрам, чтобы ослабить пряжку ремня.

— Ничего страшного, что ты не поняла. Это совсем не важно. Здесь собираются не для того, чтобы писать диссертации. Притормози, — ответил Кассарион, девушка резко остановилась. Он сделал глоток и снова уставился на голограмму. — Сделай одолжение, свали снова на кровать.

— Разве ты не хочешь получить удовольствие? — нахмурилась девушка.

— Нет.

— Так зачем же ты здесь? — обескураженно просила она.

— У меня есть цель, а ты не задавай лишних вопросов, — раздраженно бросил Кассарион. — Иначе зачем мне вообще здесь находиться? За те деньги, которые ты получила, могла бы догадаться. Я хочу, чтобы удовольствие получила ты. Тебе разве сказали, что от тебя требуется?

— Сказали… просто… я не знаю… ты это серьезно?

— Вполне.

— А в чем смысл? — не унималась девушка. — Это, конечно, приятно слышать… наверное… но сюда приходят, чтобы расслабиться.

— Не сможешь получить удовольствие? Уже устала за сегодня? — спросил Кассарион. — Поэтому я здесь. Чтобы сделать невозможное.

— Нет, я не устала…

— Тоже сойдет.

— Ничего не понимаю, — девушка сложила руки на колени, сделав довольно глупый вид. Кажется, она действительно ничего не понимала.