Книга Его одержимость. Будешь моей, страница 90 – Дилара Александрова

Он прекрасно осознавал намерения соперника, потому что как телепат первого порядка вполне мог уловить зверское желание своей пары. Кассарион испытывал ровно такое. Джудит интересовала его как женщина, и он не особо это скрывал, вот только многие видеть этого не хотели.

Девушка довольно бодрым шагом прошла вдоль тропинки, остановилась, обернулась:

— Касс, ты идешь?

— Да, я сейчас! — крикнул он, а потом пошипел Элайзе: — Вот видишь, она хочет видеть меня, а не тебя.

— Я уважаю ее выбор... но думаешь, я такой наивный? — Элайза вдруг изменился, голос его приобрел твердость. — Я не позволю…

— Тогда давай, останови меня, — перебил его Кассарион, разведя в стороны руки. — Покажем, как ты напал на меня, а я защищался. Думаю, этим вечером будет интересный аттракцион.

— Ну ты и мразь, — прошипел Элайза, понимая, что, если сейчас он проявит агрессию на виду у всех, став зачинщиком конфликта, Джудит ему этого не простит.

Ведь он посмел напасть на ее любимого брата.

— Тогда отвали, и не стой у меня на пути, — с усмешкой ответил Кассарион.

— Это беспредел, — процедил Элайза.

— Нет, это — естественный отбор, — Кассарион двинулся вперед, ударив плечо в плечо.

— А знаешь, ну и пусть, — прошептали ему вдогонку, потирая плечо. — Делай, что задумал. Но с утра не удивляйся, что получишь совсем не то, что ожидал. Соверши свою самую большую ошибку!

«Ты потеряешь ее, — со злостью подумал Элайза. — Она возненавидит тебя. Возненавидит! А потом я ее подберу».

— Ну что, оставили нас вдвоем с носом? — разочарованно спросила Лаура, когда парень вернулся к костру. Уселся рядом. Злой и раздосадованный.

Взял у нее бутылку и сделал большой глоток, запрокинув голову. Отер губы и вернул бутылку:

— Да уж, обоих «побрили».

— Эту буйную просто так не уложишь. А потом он, скорее всего, к себе пойдет, сюда не вернется, так что я в пролете.

— Ну-ну, к себе, — пробурчал под нос парень.

— Слушай… — Лаура откинула плед, так как у костра было слишком жарко. Под ним красовались тонкие кружева, острые горошинки, несмотря на жар костра, впивались в белье. — Что-то так жить захотелось… эх! Не вино, а волшебство какое-то… давай переспим.

— Что? — удивился Элайза, вскинув густые кустистые черные брови. — Я же с Джудит.

— Ой, не заливай. Ты еще не с ней, — фыркнула девушка. — Она не сказала тебе «да». И потом, у меня серьезные виды на Касса. А это… ну так… просто.

— Глупая ты.

— Че ты такой зажатый? Нам обоим не помешает расслабиться, — она кокетливо откинула прядь мокрых волос. — Да ладно тебе. Давай же. Никто не узнает.

Элайза посмотрел на нее темным, задумчивым взглядом.

* * *

На полпути Джудит качнуло, но не потому, что у нее закружилась голова. Под ноги бросился небольшой камень, она оступилась бы, даже будучи с ясной головой. Но Кассарион принял это как сигнал к действию и поднял ее на руки.

— Ой! — ощутив внезапную легкость, воскликнула девушка. На какой-то момент звезды на небе стали ближе, и ей показалось, что она летит. — Мамочки! Что ты творишь?!

— Лучше на руках, мало ли, темно совсем стало, — на выдохе произнес Кассарион, и донес ее до самого туристического домика.

Своего домика.

— А почему именно сюда? — совершенно невинно спросила Джудит.

— У тебя сушится мокрая одежда, слишком влажно внутри. Проснешься с утра с тяжелой головой. А нам идти двадцать километров, куда ты в таком состоянии?