Книга Второй шанс для принцессы, страница 56 – Анна Морская

Но в этой аскетичности читалась не бедность, а гордая стойкость. На подоконниках, вопреки всему, цвели жесткие горные травы в глиняных горшках. Даже мостовая была выложена особым способом: камни подгонялись друг к другу так плотно, что ни дождь, ни мороз не могли нарушить их строй.

Люди шли по улицам деловито, без зендарийской праздной неспешности. В их походке чувствовалась собранность, во взглядах — настороженная внимательность.

С жадностью я всматривалась в каждую деталь. Впервые в жизни мне удалось увидеть что‑то, так сильно отличавшееся от редкого разнообразия, что я могла видеть в своем заточении — сначала во дворце, потом в резиденции.

— Впечатляет, не так ли? — тихо поинтересовался Кассиан. — Мы отстроили все это меньше чем за двести лет. На земле, от которой все отказались, думая, что здесь нет потенциала и причины вливать ресурсы.

Я молча кивнула. Теперь я поняла, почему Конклав обосновался именно здесь: этот город был живым воплощением их вынужденной сущности — выживать вопреки.

Экипаж двинулся дальше, поднимаясь по извилистой дороге, вырубленной прямо в скале. Дома становились все реже, уступая место массивным сторожевым башням. И вот впереди возникло поражающее воображение здание — темная громада, как будто выросшая из горы.

Оно не стремилось в небеса, как наши дворцы. Напротив, казалось, что оно врастает в землю, черпая из нее силу и угнетающее могущество. Стены были сложены из огромных базальтовых блоков, между которыми не просунуть и лезвия ножа. Узкие вертикальные прорези окон напоминали прищуренные глаза, следящие за каждым движением.

Когда экипаж остановился, Кассиан вышел первым и подал мне руку. Я помедлила, но все же вложила пальцы в его ладонь. Он отпустил их не сразу, когда я ступила на каменную мостовую. Его пальцы слегка сжались, словно в обещании поддержать, и сейчас я не чувствовала в себе достаточно силы, чтобы от этого отказаться.

Мы направились к главному входу — массивной арке; тяжелые двери медленно разошлись в стороны без единого звука. За ними простирался просторный вестибюль с высоким сводчатым потолком. Свет проникал сквозь узкие окна‑бойницы, рисуя на каменном полу причудливые узоры.

Кассиан двинулся вперед, его шаги звучали уверенно, четко отбивая ритм по полированным плитам. Я следовала за ним, стараясь не оглядываться по сторонам слишком сильно.

— Куда мы идем? — спросила я тихо, словно боялась нарушить величественную тишину этого места.

— В зал заседаний, — спокойно ответил Кассиан. — Ничего не бойся, я не дам тебе навредить. Но будь готова к тому, что заставить этих людей тебя слушать будет непросто.

Внутри меня что‑то дрогнуло. Не ожидала услышать от него нечто подобное — твердую, почти осязаемую уверенность в том, что мне ничего не угрожает, хотя, вероятно, сейчас я находилась в самой большой опасности за обе жизни вместе взятые. Каким‑то чудом, но мне все‑таки удалось добраться сюда, в самое сердце страны, откуда распространялось влияние дияров, где принимались решения и вершились судьбы.

Осталось только не упустить шанс, который, несмотря ни на что, оказался мне дан.

Стоило пересечь порог, и зал заседаний накрыл нас своей тяжестью. Вернее, не нас, а только меня. Даже высокий сводчатый потолок, который уходил высоко‑высоко в полумрак, поддерживаемый будто незримой силой, а не колоннами, которые взгляд пытался обнаружить, но так и не нашел, производил мрачное в своем величии впечатление. Мне в очередной раз подумалось, что нам было бы чему поучиться у инженеров и архитекторов жизнетворцев.