Книга Невеста (патологоанатом) для некроманта, страница 33 – Анна Морская

И что самое неожиданное, он совершенно точно был живой.

— Меня зовут Гидеон, леди, я камердинер резиденции, — ответил незнакомец на немой вопрос. — Простите за настойчивость, но что столь стремительно привело вас сюда?

— А… эм, приятно познакомиться, Гидеон, — общаться с живым человеком после стольких дней в компании исключительно умертвий оказалось странно. — Вы мне помочь сможете вряд ли, я должна увидеть дияра. Прямо сейчас.

Гидеон сверкнул бликами на стеклах круглых очков.

— К сожалению, дияр занят в южном крыле, я не могу проводить вас туда без веских причин.

Мне уже было известно, что южное крыло занимает особое место в любой резиденции. Все здание служило не только домом для членов Конклава. Под руководством дияров здесь трудились в исследовательских целях десятки самых талантливых жизнетворцев. И оборудовали для их изысканий традиционно именно южное крыло.

— Поверьте, моя причина достаточно веская, — нажала я. — Отведите меня, Гидеон. Готова взять на себя всю ответственность.

Пальцы мужчины чуть сжались на крае бумаг, едва заметное движение, но я считала в нем сомнения. Наконец, Гидеон поджал губы и неуверенно произнес:

— Хорошо. Но учтите, что увиденное может вас шокировать.

Гидеон двинулся вперед, жестом приглашая меня следовать за ним. Мы свернули в боковой коридор, затем спустились по узкой лестнице, и вот уже перед нами распахнулись тяжелые двери южного крыла.

В нос сразу ударил резкий и знакомый запах. Точно такой же стоял в секционной, где я когда‑то, кажется, безумно давно, проводила вскрытия.

Коридоры жили своей особенной жизнью, на удивление во всю кипящей и бурлящей. Вдоль стен тянулись стеллажи, в нишах мерцали колбы с мутными жидкостями. Жизнетворцы сновали туда‑сюда, кто‑то в замызганных кровью перчатках, кто‑то в длинных халатах, местами покрытых бурыми разводами. За ними молчаливыми тенями двигались умертвия, судя по всему, выполняющие функции ассистентов.

Один мужчина пронесся мимо, держа в руках нечто, завернутое в пропитанную кровью ткань. Я невольно проводила его взглядом.

Местное подобие халата явно не менялось уже несколько часов, если не дней. В голове сами собой всплыли протоколы гигиены и требования к сменной одежде. Как минимум им бы здесь стоило ввести строгую ротацию одежды, заменить перчатки на одноразовые и вообще организовать дезинфекцию прохода между зонами.

К сожалению, юная баронесса такими рекомендациями разбрасываться не могла.

Гидеон то и дело оглядывался на меня, словно проверяя: не побледнела ли, не схватилась ли за стену. В его глазах читалась настороженность, он ждал, что я сейчас попрошу пощады и потребую вывести меня отсюда.

Естественно, ужас я если и испытывала, то только от безответственного подхода к гигиене, поэтому ожиданий камердинера оправдать не смогла.

— Мы пришли, — возвестил Гидеон, замедляя шаг. — Дияр в третьем помещении по левой стороне. Но предупреждаю: он сейчас… занят.

Я лишь быстро поблагодарила мужчину и направилась к нужной двери.

В местном подобии секционной царил хаос: столы с инструментами, стеклянные сосуды с плавающими в зеленоватой жидкости органами, свитки с записями, пришпиленные к большой доске.

В центре комнаты стоял Ноймарк. Перед ним на мраморном столе лежал полностью обнаженный труп мужчины средних лет.