Книга Полоса препятствий для одержимых - 1, страница 17 – Екатерина Ильинская

— ...сейчас ты неподвижна и холодна, словно изваяние из тысячелетнего нефрита, — закончил Цин. — Откуда этот внезапный стержень, Шуин? Неужели близость бездны так проясняет взор?

— Страх сгорел в лихорадке, — ответил мой рот. — Осталась лишь цель.

Ложь лилась из моих уст так гладко, словно я всю жизнь только и делала, что чеканила мудрые афоризмы. Хэй Фэн играл мной, как мастер играет на любимом инструменте, извлекая именно те звуки, которые хочет услышать.

Наставник Цин улыбнулся и достал из широкого рукава небольшую табличку из тёмного дерева с вырезанным на ней иероглифом «Участие». Жетон участника Состязания.

— Я принёс это. — Он повертел жетон в пальцах. — Но шёл сюда с намерением отговорить. Ты слаба, Шуин, как молодой побег. Твои волосы побелели — это знак глубокого истощения. Ступив на Путь Испытаний в таком состоянии, ты лишь ускоришь встречу с предками.

«Да! Откажите! Заберите жетон! Заприте меня в зале для медитаций, обклейте стены охранными талисманами! Не пускайте меня туда!»

Рука между тем плавно поднялась. Пальцы раскрылись в приглашающем жесте.

— Внешность обманчива, мастер, — произнёс демон моим голосом, и в интонации проскользнула едва уловимая, опасная насмешка. — Разве не этому учат нас мелодии? Даже тихая нота может обрушить лавину, если прозвучит в нужный момент. Я готова.

Мастер Цин сощурился, сделал шаг ближе, вглядываясь в моё лицо. Он искал признаки безумия. Искал ту истеричную девчонку, которая так часто металась по школе, недовольная то инструментом, то нескладностью мелодий, то неспособностью увеличить духовную силу. Но видел лишь холодную решимость древнего существа.

И самое страшное — ему это нравилось. Я заметила, как разглаживается морщинка у него меж бровей. Наставник Цин принимал демоническое спокойствие за мой духовный рост.

— А флейта? — Мастер кивнул на инструмент, лежащий на одеяле. — Утром ты швыряла её в стены. Что же сейчас?

«Она проклята! Это его флейта! Уничтожьте её! Всё из-за неё!» — Я пыталась заставить руку оттолкнуть проклятую деревяшку, сбросить её на пол.

Вместо этого моя ладонь накрыла флейту. Жест был собственническим. Пальцы ласково погладили полированный бок инструмента.

— Мы... стали едины, — промурлыкал мой голос. — Она больше не отвергает меня, а я её. Мы звучим в унисон.

Мастер Цин вздохнул. И в этом вздохе было облегчение.

— Что ж... Если ты так уверена... — Он положил жетон на столик рядом с листом, на котором я вывела кривой круг, пыталась попросить защиты, но никак не отреагировал на него. Наверное, решил, что это неудачная попытка выполнить задание. Как раз позавчера мне дали задание оттачивать начертание магических символов. Во рту разлилась горечь разочарования. — Школа Девяти Напевов не будет препятствовать тому, кто, наконец, обрёл решимость. Отправляемся на закате второго дня. Собери всё, что нужно.

Наставник развернулся, чтобы уйти.

«Нет! Не уходите! Не оставляйте меня с ним!»

— Мастер! — попыталась я крикнуть ему в спину. И к удивлению, это даже получилось.

— Да, Шуин? — Наставник остановился у порога и обернулся.

Но на этом моя воля снова закончилась. Рот растянулся в лёгкой, вежливой полуулыбке.

— Я не подведу школу. Пятно позора будет смыто.

Мастер Цин впервые за всё время наставничества посмотрел на меня с уважением.