Книга Мой темный палач. Печати Бездны, страница 4 – Любовь Черникова

Спорить было бы невежливо, и мы вчетвером вышли на обширную террасу, увитую цветами, серебрящимися в лунном свете.

— Цеара сегодня особенно красива! — восхитилась Лисси огромной, на полнеба, луной, которая как будто лежала на верхушках деревьев.

— Говорят, что в такие ночи ее свет виден даже в Эфире, и в Бездне! — заметил мой отец.

Эльд Морвеналь тоже уставился на небо.

— Подтверждаю насчет Эфира. В Бездне бывать не доводилось.

— Слуги шепчутся, что такая луна — не к добру, — сказала Лиссандра мне на ухо и украдкой покосилась на впавшего в задумчивость герцога.

Тавис Морвеналь отмер и широко улыбнувшись сказал:

— Хеймрик, друг мой, от души поздравляю тебя с помолвкой дочери! Жду приглашения на официальный праздник.

— Спасибо, Тавис! Конечно же, ты первым его получишь. — Отец несколько раз поправил манжеты и проверил карманы. Он всегда так делал, когда нервничал. — И все же это как-то неправильно! — не выдержал он. — Эльд Драгард мог бы и поздороваться со мной. И не мешало бы хоть для вида испросить благословения, прежде чем дарить Аде украшение. Я понимаю, что это уже решено, и все же…

— Хеймрик, тебе ли не знать, какой груз на плечах несет эльд Драгард? Я слышал, что в столице сегодня неспокойно. Поклонники Бездны никак не угомонятся, и Темный Защитник неотступно должен быть рядом с королем.

— И все же он не перенес помолвку и выделил несколько минут, чтобы выполнить обязательства, — добавила Ада и заговорщически глянула на меня.

Мои щеки тут же порозовели. Слишком свежи еще были воспоминания о моем первом поцелуе.

Папа все еще хмурился и недовольно поджимал губы. Он был далеким от битв и сражений утонченным ювелиром и ощущал себя не в своей тарелке рядом с боевыми драконами, которые так запросто ходили в Эфир и в любой момент меняли ипостась.

Испытав прилив нежности, я погладила отца по плечу. Он тут же накрыл мою ладонь своей и чуть сжал.

— Полно грустить, Хеймрик! На шее у твоей дочери кулон Вольфа Драгарда. О такой партии можно только мечтать! Да тут примерно все тебе завидуют, а ты недоволен!

Отец вдруг оживился.

— Кстати, о кулоне! Ада, можно взглянуть?

Я сняла украшение и протянула ему. Повертев в руках сердечко, папа прицокнул языком.

— Это окаменевшая кровь дракона в оправе из электрума. И цепочка…

Он сощурился, а затем вынул из кармана окуляр и вставил его в глазницу. Магический инструмент отец всегда носил с собой, ведь его частенько просили узнать истинную стоимость драгоценности, прочитать клеймо мастера, который выполнил работу, или определить потенциал камня для изготовления артефакта.

— Поразительно! — Папа убрал окуляр в карман, не сводя с нас ошеломленного взгляда. — Это не просто сплав золота с серебром. Цепочка и оправа из настоящей драконьей чешуи! Ее пожертвовал дракон электрума.

Лиссандра ахнула. И было от чего удивляться! Мало кто добровольно согласится на столь широкий жест, а достать драконью чешую иным способом, кроме как получить в дар от ее хозяина, не представлялось возможным.

— Клянусь крыльями, второго такого изделия не найти во всех трех планах! — добил нас отец. — Если ты появишься с этим кулоном в Эфире, твой жених мгновенно это почувствует и придет на помощь! Очень ценный артефакт. Похоже, этот Вольф Драгард не так уж и безнадежен…