Книга Искра Во Тьме, страница 11 – Кэтрин Рин

Кроме того, Оливеру удалось выяснить, что татуировка в виде снежинки, найденная у одной из жертв, является символом небольшого современного театра под названием “Snow Flowers” (Снежные Цветы).

“Этот театр довольно популярен в определенных кругах,” — сказал Оливер, показывая мне фотографии здания. “Там ставят экспериментальные пьесы, сочетающие в себе музыку, танец и визуальные эффекты. Говорят, что там работают очень талантливые актеры”.

“Может быть, убийца связан с этим театром?” — предположила я.

“Это вполне возможно,” — ответил Оливер. “Мы должны проверить всех актеров и директора театра. Может быть, кто-то из них что-то знает или, что еще хуже, сам является убийцей”.

“Когда мы пойдем в театр?” — спросила я.

“Сегодня вечером,” — ответил Оливер. “Там идет спектакль “Ромео и Джульетта”. Мы пойдем туда в качестве зрителей и посмотрим, кто из актеров носит такую же татуировку, как у жертвы”.

Я кивнула. Этот план мне нравился. Мы сможем понаблюдать за актерами в их естественной среде обитания и, возможно, получить какие-то подсказки.

Вечером мы приехали в театр. Здание выглядело небольшим и невзрачным, но внутри царила атмосфера творчества и вдохновения. В фойе висели авангардные картины, играла тихая музыка, а по залу бродили люди в необычных костюмах.

Мы заняли свои места в зрительном зале и стали ждать начала спектакля. Вскоре занавес поднялся, и на сцене появились актеры.

“Ромео и Джульетта” в постановке “Snow Flowers” оказалась весьма необычной. Актеры читали Шекспира вперемешку с современной поэзией, танцевали под электронную музыку и использовали сложные визуальные эффекты.

Я внимательно следила за актерами, пытаясь разглядеть татуировку на их запястьях. Но никто из них не носил снежинку.

“Может быть, это не все актеры,” — прошептала я Оливеру.

“Возможно,” — ответил он. “Нам нужно будет допросить их всех”.

После окончания спектакля мы подошли к директору театра и представились.

“Мы проводим расследование по делу об убийствах,” — сказал Оливер. “И у нас есть основания полагать, что кто-то из ваших актеров может быть причастен к этим преступлениям”.

Директор, пожилой мужчина с взъерошенными волосами и в бархатном пиджаке, был явно шокирован.

“Это невозможно!” — воскликнул он. “Мои актеры — талантливые и добрые люди. Они не способны на такое!”

“Мы должны убедиться в этом,” — ответил Оливер. “Мы хотим допросить всех ваших актеров и вас лично”.

Директор неохотно согласился.

“Хорошо,” — сказал он. “Но я хочу присутствовать при каждом допросе. Я не позволю вам оскорблять моих актеров!”

“Мы договоримся,” — ответил Оливер. “Мы допросим всех в пятницу утром. Будьте готовы”.

Мы покинули театр, чувствуя, что сделали важный шаг вперед. Мы нашли связь между жертвами и театром “Snow Flowers”. И теперь нам оставалось только выяснить, кто из актеров или директора причастен к убийствам.

“В пятницу будет жарко,” — сказала я Оливеру, когда мы шли к машине.

“Будем надеяться, что мы сможем найти убийцу,” — ответил он. “Иначе жертв станет еще больше”.

Я кивнула, чувствуя тяжесть ответственности. Мы были на волосок от разгадки. И от нас зависело, сможет ли Ноксвуд спать спокойно.

Пятница выдалась на редкость мрачной. Тяжелые тучи заволокли небо, предвещая снегопад, а ледяной ветер пронизывал до костей. Идеальная атмосфера для театра теней, которым предстояло стать полицейскому участку Ноксвуда.