Книга Развод с драконом. Я аннулирую твою невесту, страница 18 – Лилия Карниенко

— Кто бы ни был вторым участником, — сказала она, — его скрыли от родового архива. Не от всех. От своего рода. Зачем?

Орвин закрыл папку.

— Чтобы род не мог потребовать проверки.

— Или чтобы род считал его погибшим.

— Возможно.

Элиана вспомнила, как Рейнар стоял рядом с Селестой и не видел ничего. Ни сдвинутой руны, ни тёмного всполоха, ни слишком точной улыбки.

«Ты видишь то, что хочешь видеть».

Он сказал ей это у алтаря.

А теперь эти слова возвращались к нему.

— Надо вывести папку из реестра, — сказала Элиана.

Орвин резко посмотрел на неё.

— Нет.

— Копии недостаточно. Нам нужен оригинальный след.

— Если папка покинет хранилище, реестр поднимет тревогу.

— А если мы оставим её здесь, Солл подчистит остатки до рассвета.

Это было не предположение. Элиана знала это так же уверенно, как знала, что белая нить на коробке была поддельной. Слишком много следов уже связалось в одну линию. Слишком быстро закрывали её доступ. Слишком ловко Селеста прислала осколок именно до полуночи. Если против них работали люди Палаты, они не оставят старое дело лежать в реестре после сегодняшней ночи.

Орвин молчал.

Значит, думал о том же.

— Папку нельзя вынести, — сказал он. — Но можно снять свидетельский оттиск.

— На что?

Он достал из внутреннего кармана тонкую пластину тёмного воска, запечатанную в прозрачный футляр.

Элиана узнала её не сразу. Потом дыхание перехватило.

— У вас с собой судебный воск?

— Я шёл к женщине, которая отказалась подписать аннулирование рода Вейров. Было бы странно прийти совсем без средств защиты.

— Судебный воск фиксирует только то, что имеет юридический вес.

— Вот и узнаем, имеет ли вес дело, которое кто-то попытался похоронить.

Орвин положил пластину на папку. Воск сначала остался глухим и тёмным. Потом по нему прошла тонкая синяя линия, за ней вторая, третья. Они не образовали полного текста, но на поверхности проступили три вещи: имя Селесты Мор, дата первичного брачного круга и нижняя часть второй подписи.

Не имя.

Но печатный хвост родового знака.

Элиана наклонилась так близко, что свет лампы коснулся её щеки.

— Это не Вейры.

— Нет.

— Но драконий дом.

— Да.

На воске проявился слабый знак: вытянутый коготь над полукругом.

Орвин резко накрыл пластину футляром, будто сам знак мог услышать, что его заметили.

— Что это? — спросила Элиана.

— Старый знак Крайсов.

Имя прозвучало тихо, но воздух в хранилище будто изменился.

Крайс.

Элиана знала этот дом. Не близко. Все, кто работал с брачными архивами драконьих родов, знали старые фамилии хотя бы по делам. Крайсы когда-то держали восточные перевалы, спорили с Вейрами за право на несколько родовых договоров, потом почти исчезли из высших кругов. Не умерли. Не потеряли кровь. Просто стали неудобными союзниками, о которых вспоминали только при старых спорах.

— Второй участник был Крайсом? — спросила она.

— След указывает на их родовую форму.

— Имя?

Орвин смотрел на воск.

— В доме Крайсов пять лет назад пропал младший дракон.

Элиана почувствовала, как та самая случайная догадка возвращается и встаёт на место.

— Дамиан, — сказала она.

Орвин не ответил.

И этим подтвердил больше, чем любым словом.

— Дамиан Крайс, — повторила Элиана медленнее. — Я помню это имя. В Палате было учебное дело о спорной утрате брачного следа. Нам не давали полного текста, только вырезку.