Книга Сезон продаж магических растений, страница 118 – Валентина Елисеева

Лорд Дэкет (не иначе как памятуя о разорительных штрафных санкциях по договору) произнёс высокопарную речь о высочайшем уровне квалификации преподавателей академии, позволяющем решать наитруднейшие и неординарные задачи. В эпилоге торжественного спича он велел всем студентам вооружиться бытовыми заклинаниями чистки и двинуться отмывать центральный корпус. Тут принялись неистово рукоплескать ассистенты и уборщики, после чего вся маго-человеческая братия альма-матер отправилась на фронт очистительных работ. Гвардейцы доставили Кэсси до испытательного полигона кафедры магического растениеводства, с интересом посмотрели, как маленькие шарики-детишки радостно прилепляются к материнскому кусту, и взялись разыскивать улики, указавшие бы на диверсанта. Как и ожидалось, ничего не нашли и объявили инцидент следствием разгильдяйства обыкновенного.

— Смертельно опасное разгильдяйство! — рыкнул в сторону гвардейцев взвинченный Зетри, прибежавший проверить состояние героини дня, голыми руками поймавшей сотню ядовитых растений.

Клятвам, что на кожу не попало ни капли яда, помощник целителя поверил лишь после того, как самолично осмотрел все открытые участки и обследовал одежду на предмет отсутствия прорех. В течение медицинского осмотра над макушкой Кэсси порхал вестник от Энни, взволнованно перечисляющий симптомы отравления редчайшим ядом чёрной вдовы при поглощении большой его дозы. Магия раз за разом прокручивала голосовое сообщение целительницы, определённо зачитывающей сведения из справочника. Свойства настолько редких растительных ядов были известны наизусть только узкопрофильным токсикологам.

— Как здоровье тех, кто попал к вам в лазарет? — спросила Кэсси.

— Отравлений не случилось, только переломы и вывихи от излишне активной охоты на мелюзгу. Мелочи, Энни всё всем уже вправила и срастила. Я провожу тебя до дома.

Последнее утверждение не подразумевало отказа, да ещё и особисты одобрительно кивнули лекарю. Благо, не велели отнести её на руках на второй этаж дома и уложить в кровать (которая, между прочим, уже занята их главным военачальником!).

В лавке, по счастью, ничего чрезвычайного не происходило. За конторкой сидела Айя, увлечённо читающая пространное письмо Тиры, описывающее яркие события дня. Кэсси отпустила помощницу и напоила чаем гостя, выставив на столик все сладости, что предназначались покупателям, лишь бы не подниматься на второй этаж. Зетри протянул печенье Коке, но лиана, опасливо сторонящаяся лекарского саквояжа, от презента отказалась.

— Подношения врачей он съедает после того, как те оказываются подальше от кадки: ему запомнилось маниакальное пристрастие Энни к чистоте, — рассмеявшись, поведала Кэсси. — Уж не знаю, как он отличает сумки с лекарствами и шприцами от всех прочих, но целителей определяет верно и старается не раздражать их крошками на полу.

— Вероятно, определяет по запаху. Свой саквояж от чемодана с одеждой даже я по запаху отличу. Как торговое дело продвигается?

Тут как раз подтянулись покупательницы. Зетри залпом допил чай, и Кэсси вышла его проводить. Когда она махала рукой на прощанье, сбоку раздался заинтересованный шёпот соседки:

— Вы приболели?

— Нет, с чего вы взяли? — обернулась Кэсси. Контора велела старушке шпионить за ней или то личная инициатива? Вечно та начеку! Хорошо, что подъездная дорога, на которую приземлялся дракон Левитта, находится с противоположной стороны дома.