Книга Сезон продаж магических растений, страница 133 – Валентина Елисеева

— Я бы взяла, — дрогнувшим голосом призналась одна из целительниц, и её поддержал хор голосов. — В конце концов, если к пульсару относиться по-доброму, то он действительно огнём атаковать не станет. Нэсса, у вас в лавке правда есть настолько опасные растения?

— Пока нет, но подумываю завести, — хмыкнула Кэсси, припомнив прилёт Левитта, когда она поняла, что пульсар — полезная в хозяйстве вещь, пригодная для отпугивания незнакомых драконов. — Однако пульсары будут продаваться лишь тем, кто предъявит диплом магической академии с отличным баллом по ботанике, а плюсом к нему — разрешение от Магпотребнадзора на покупку и содержание огнеопасного вида. Дорогие мои учащиеся, рада встрече, но я здесь на службе, а вы закрываете мне обзор на танцующих и периметр зала. Убедительная просьба рассредоточиться по местности.

Юных незнакомых магинь как ветром сдуло. Оставалось надеяться, гвардейцы все их цветочки записали и со списками из лавок и питомников сверили. Живые украшения адепток академии были куда скромнее, причем преимущественно не магических подвидов.

Под пристальным изучающим взором нэссы Валенса студентки оробели. Командор целителей поспешно отстегнула от корсажа маленький букетик и заозиралась в растерянности, не зная, куда пристроить хоть и не хищное, но всё-таки магическое растение, и не решаясь сдать его преподавательнице.

— Видите у стен высокие широченные вазы? Их внутренняя поверхность покрыта заклинаниями, поддерживающими внутри низкие температуры, лишающие растения активности, — подсказала Кэсси. — Поместите в вазу свой зелёный аксессуар — там он не причинит вам вреда. В смысле, никому не причинит вреда.

Новомодные украшения тут же покинули платья студенток — в академии уже научились прислушиваться к советам нэссы Валенса, особенно когда шла речь о причинении вреда здоровью какими бы то ни было растениями. Повеселев и с любопытством оглядываясь на преподавательницу, адептки вернулись к родственникам, дуэньям и кавалерам. Последние, кстати, тоже заметно приободрились! Ликвидацию дорогих сердцу Левитта флористических атрибутов наряда восприняли как отказ девушек от погони за главным призом брачного базара.

Больше всех воспрянул духом церемониймейстер — он с такой надеждой обратил взор на оставшиеся в зале цветы-украшения и так показательно погладил бок ближайшей к нему вазы, что многие девичьи личики омрачились тенью сомнений и опасений. Однако матушки больно пихнули в бок проявивших малодушие дочерей, музыка вальса умолкла, молодой и прекрасный (богатый и знатный) глава службы имперской безопасности спустился с помоста, усадив в кресло свою тётушку, — и парфорсная охота на жениха перешла в активную стадию. До второго танца у невест на выданье было целых полчаса на захват добычи.

Поглубже запихнув в карман клочок бумаги, Кэсси сосредоточилась на первоочередных задачах. Если невыносимый брюнет, вопреки её убедительным мольбам, съест хоть крошку съестного или выпьет хоть каплю воды на чёртовом балу, она его самого запрячет в вазе для уменьшения активности!

Бал — дело сложное.

Особенно, когда размеренный и величавый процесс протекания достойного мероприятия начинает спотыкаться на каждом шагу. Разумеется, все (включая церемониймейстера) упорно делали вид, что всё идёт как положено. Кэсси была одной из немногих искренне радующихся, что всё действительно идёт по плану.