Книга Сезон продаж магических растений, страница 223 – Валентина Елисеева

Мар расстегнул воротничок форменной рубашки, заложил руки за голову и заговорил, казалось, совершенно о другом:

— Горгульи — самые умные животные на свете.

Заместитель тщетно подождал окончания паузы, потом поддержал разговор, надеясь на намёк более развёрнутый:

— Потому что это единственные магические твари, которых так и не заставили добровольно служить человеку? Зоологи жалуются, что горгульи умудряются скидывать с себя даже магическую привязку к хозяину. Пусть не сразу — но неизменно.

— Говоришь в точности, как Кэсси, с таким же осуждением принудительной любви животного к человеку, — по-доброму усмехнулся Мар. — Стремление горгулий к исключительно добровольным отношениям вызывает уважение, но я говорил о том, как они выбирают пещеры для проживания. В скальных гротах порой поселяется плотоядная флора, столь обожаемая нэссой Валенса, разные паразиты, ядовитые змеи и прочие неудобные для птиц соседи. Присмотревшая место для гнезда супружеская чета горгулий набрасывается на стаю мелких птиц, гонит их в пещеру и прислушивается, что там с ними происходит. Если спустя некоторое время все пернатые выбираются обратно живыми и здоровыми, то пещера признаётся пригодной для проживания.

— Хотите сказать, целительницу и её помощника подсунули нам, как тех пернатых? Честно говоря, мне тоже начинает так казаться.

— Помнишь письмо королевы?

— В котором вы увидели важную зацепку?

— Да. Королева очень постаралась ничего важного нам не сообщить, но осведомлённость человека о чём-либо часто проявляет себя в мелочах. Помнишь её фразу: «Диверсантка не связана ни с тайным питомником Лиеры, ни с убийцей»? Королева подсознательно разделила убийцу и того, кто помогал Лиере в питомнике. Это разные люди. Пока мы точно определили только одного из них.

— Согласен. Что прикажете делать с леди Энни Уэлс?

— Для начала, пусть следившие за подземным ходом гвардейцы расскажут ей о том, от чего им пришлось очистить подземелье. Если бы не наши люди, целительница, примчавшаяся на помощь подруге, не выбралась бы обратно живой. Убийца приговорил её, рассчитывая, что мы найдём бездыханное тело и спишем на леди все его грехи. Потом попроси целительницу все подозрительные письма сразу переправлять нам и отпускай её домой.

— Хорошо, но «хвост» я к ней приставлю, — прищурился зам. — В конце концов, остаётся вероятность, что целительница прекрасно знала о «населении» подземелья, ловко управлялась с ним, и вовсе не намеревалась становиться покойницей, открывая люк.

— Безусловно, так что подбери для леди максимально невидимый «хвост».

— Принято. Что делаем с помощником целителя? Отказ отвечать дознавателю — основание для задержания.

— С ним я сам хочу поговорить. Веди его сюда.

Помощник целителя, вошедший в двери, был насторожен, как дикий дракон, попавший в загон ловца магических животных. Оков на нём не имелось — гвардейцы не сочли нужным надевать наручники на безоружного простолюдина, тем более перед встречей с одним из сильнейших магов королевства. Окинув просторный кабинет беглым взглядом и надолго задержав его на спящей девушке, Зетри с ухмылкой уставился на светлое пятно на паркете, оставшееся от унесённой кадки с лианой. Вокруг пятна лежали опавшие листочки, как и на подоконнике, а на стене болтался опустевший подвес под кашпо. Мар всегда воспринимал обстановку кабинета как данность, не акцентируясь на деталях, и только сегодня обратил внимание, что флоры в нём, оказывается, много.