Книга Сезон продаж магических растений, страница 87 – Валентина Елисеева

— Если всё настолько плохо, что вы не находите вежливых эпитетов для оценивания работы, адептки её переделают, — брюзгливо произнёс ректор, раздражённый долгим ожиданием ответа.

— Наоборот, всё выполнено настолько высококлассно, что сошло бы за курсовую работу студентов моей собственной кафедры, — задумчиво возразила Кэсси. Надо попросить Тиру и Айю негласно проведать, кто на этот раз помог магиням лодырничать за чужой счёт.

У ректора никаких сомнений в авторстве работы не возникло: он облегчённо хлопнул в ладоши и учтиво открыл перед дамами дверь, провожая их из своего кабинета. А вот Энни обо всём догадалась и участливо похлопала подругу по плечу:

— Не все маги приятны в общении, встречаются исключительно малопривлекательные особы, но пациентов не выбирают…

— …и студентов — тоже, — подхватила Кэсси. Покрутила гербарий и отнесла его на кафедру, где положила под стекло в выставочную витрину.

В лавке всё шло своим чередом.

Одомашненный кладбищенский страж, в рекламных целях проживающий в лавке на постоянной основе, ещё вчера был предусмотрительно переставлен Кэсси к подножью лестницы, ведущей на второй этаж. Выше на ступеньках располагались: когти страсти, дьявольские силки, адренацея в соку и клыки дьявола «подросткового возраста», находящиеся на пике врождённой агрессивности. Более вразумительно объяснить посетителям лавки (и жильцу спальни!), что вход на второй этаж (и спуск на первый!) строго запрещён, было невозможно. Прибежавшая утром Айя изумлённо осмотрела рекламно-выставочное заграждение и поставила рядом табличку: «Осторожно! Не подходить ближе, чем на метр!»

— Какой-то бесцеремонный тип пытался заглянуть наверх? — участливо спросила помощница.

— Нет, но проще предотвратить инцидент, чем объяснить какому-нибудь аристократу, почему он не вправе расхаживать по моему дому, как по собственному, — ответила Кэсси.

Когда после обеда хозяйка лавки вернулась к себе из академии, всё стояло на своих местах. Тира сменила Айю, вала покупателей не наблюдалось, и Кэсси поспешила к своему беспокойному пациенту.

Лорд Левитт полусидел на постели, опершись на подушки, и настороженно смотрел, как подаренный им скалолаз шустро ползёт по ножке кровати с горошиной в усиках. Вот полуразумный мох достиг одеяла, прошуршал по атласной поверхности и кинул горошину в кружку лорда. Судя по сильнейшему раздражению, переходящему в праведный гнев, это путешествие с горошиной было у скалолаза далеко не первым, а главное — ни одно предыдущее не было вознаграждёно.

— Жуткая картина, никак не могу её принять и привыкнуть, — мрачно известил Мар вместо приветствия. Маг совершенно не чувствовал, как кипит возмущением несчастный мох. Будь скалолаз хоть немного ядовитым, воздух в комнате уже не был бы пригоден для дыхания человека.

— Не поверил моему рассказу? — хмыкнула Кэсси, поспешно опрыскивая негодующее растение питательным раствором. Скалолаз успокоился и удовлетворённо пополз вниз, на кадку Коки, откуда его коварно выманили.

На владелицу скалолаза посмотрели обиженно, безмолвно вопрошая, как она могла такое подумать! Взгляд проник до глубины души, и Кэсси покаянно развела руками. Левитт вернулся к пристальному рассмотрению уползающего прочь болотного мха и уверенно заявил: