Книга Дело жены оборотня, страница 71 – Валентина Елисеева

— Разрешите, дамы и господа, — прозвучал в собравшейся группе решительный баритон Дерека Ривза, и завсегдатаи бара неохотно уступили внимание адвоката представителю власти. — Так и знал, что вечером найду тебя здесь!

— Только не говори, что Кэмпбелл всё-таки отправил на меня жалобу в Коллегию адвокатов.

— Пока нет, но окружной прокурор спит и видит, что это событие когда-нибудь случится, — хохотнул Ривз. — Стоило тебе покинуть здание суда, как он взял Берти Янга в крепкий оборот, направил его на освидетельствование психиатра и с полученной справкой о его полной вменяемости сразу подал иск на утверждение сделки о признании вины. Мне обещан крупный выговор, если какой-нибудь ушлый адвокат найдёт повод влезть и в эту двустороннюю сделку.

— Так вот зачем я тебе понадобилась! Что ж, клятвенно заверяю, что не намерена мешать правосудию вершить судьбу мистера Янга. К тому же я планирую в середине недели улететь в Лос-Анджелес и задержаться там на какое-то время.

— Смотри, как бы прокурор не велел отменить все обратные авиарейсы в Атланту, — рассмеялся Ривз. — Разрешишь угостить тебя коктейлем?

— Прости, меня ждут подруги.

Ведьмочка Сью, вторая близкая подруга Вэл, успела сменить гнев на милость и с визгом повисла на её шее, рассказывая, как эффектно расписали журналисты дневное выступление адвоката Мэнс в суде. По уверению Сью, она словно прочитала детективный роман, и теперь горячо требовала рассказать ей те подробности, что остались за кадром. Толстый питон, мирно спавший на краю стола у стенки, поднял голову и злобно зашипел, разбуженный воплями хозяйки. Увидев причину криков, он важно кивнул подруге ведьмы и мигом вновь уснул, сунув голову в переплетение колец своего длинного тела. Вэл частенько поражалась, насколько противоположны по характеру неугомонная Сью и её флегматичный фамильяр.

— Ну, так и будешь молчать, как мой Фиппи? Может, тоже голову под хвост засунешь? — затеребила её Сью.

Вэл озвучила подругам ту же версию событий, что изложила Хью Энсли, и они дружно возмутились коварству инкуба.

— Неужели нельзя оставить в покое верных жён и не влезать в чужие семьи?! Никак не пойму, неужели демонам секса не хватает девушек свободных нравов в современной-то Америке?! — всплеснула руками Сью.

— Ага, лучше бы он к тебе подольстился. Ты у нас всегда не прочь закутить с инкубом, а тут парень из высших наведался, да не к тебе залетел, — фыркнула Кэтрин. — Впрочем, ещё не всё потеряно: хочешь, свяжусь с коллегой из морга Лос-Анджелеса и подниму тебе мужика? А Вэл возьмётся защищать нас от обвинений в порче материалов доказательной базы.

— Бедный Харрис, количество желающих добраться до его тела со смертью не уменьшилось, — буркнула Вэл.

— Но его возможности отреагировать сильно снизились, — отметила реалистично настроенная Сью. — Если разобраться, у инкубов не слишком счастливая жизнь: вечная череда незнакомых лиц в постели, ни семьи нормальной, ни любимого человека рядом, даже над могилой погоревать некому.

— У данного конкретного инкуба возлюбленная имелась, — сообщила Вэл. — Их роман длился целых семнадцать лет…

— Погоди, так Харрис из инкубов новой формации, сумевших перебороть своё влечение ко всякой юбке?!

— Нет, — вздохнула Вэл.

Выслушав её рассказ о верной любви девушки к распутному инкубу, подруги приуныли. Сью несколько раз порывалась сказать, что юная вампирша — дурочка наивная, но всякий раз осекалась, припоминая, сколько раз сама обжигалась в надежде на чудо. А чудеса случаются редко, из них троих оно случилось лишь с одной. И сейчас эта одна-единственная счастливица что-то строчила в телефоне с блаженным выражением лица, не оставлявшем сомнений, что она переписывается с мужем.