Книга Дело скандальных ведьм, страница 179 – Валентина Елисеева

— Как вы указывали гоблину, какие ячейки следует взломать?

— Называли номера все по очереди: вначале одна из нас, потом продолжала другая. Выходило очень быстро: Рэддон выбивал дверцы, мы скидывали в сумки деньги и ценности.

— Наличие пустых ячеек вас не удивляло?

— Не особо. Полагали, клиент забрал свои вложения за день-два до ограбления, после того как составили списки, – бывает, не повезло. То, что несколько наших девочек действовали за нашей спиной, желая поживиться на страховках, мы узнали только в полицейском участке. – Ведьма зло сверкнула глазами и зыркнула в сторону ушлых соучастниц, обещая им месть в будущем. Пусть не в ближайшем, но в том, которое обязательно наступит.

— Куда делись украденные вами наличные деньги?

— Это вы у своей подзащитной спросите, – огрызнулась ведьма, и секретарь сделал ей выговор за неуважение к суду. – Деньги и часть драгоценностей мы оставили в схронах, откуда их должна была забрать Дина и пустить в оборот. Что конкретно планировалось сделать с ними – не знаю, за финансы у нас всегда отвечал главарь.

— Вы до сих пор помните заученные вами номера ячеек? Всех трёх банков? – внезапно вернулась Вэл к прежней теме перекрёстного допроса.

— Да, могу перечислить, сверяйте с вашими списками, – самодовольно ухмыльнулась Ижен.

— Поверю вам на слово. И вы выкрикивали их гоблину, чтобы он открывал только нужные ячейки? А сами тем временем укладывали в сумки доллары и ценности?

— Да.

— Вы поступали также? – обратилась Вэл ко всем семерым исполнительницам и получила от них твёрдые подтверждения. – Вы все складывали похищенное в сумки, ни на миг не отрываясь от этого процесса? Ни у кого не было каких-то других дел?

— Мы слишком спешили, чтобы отвлекаться на другие дела, – язвительно прокомментировала Ижен Улен, пока её напарницы утвердительно отвечали на вопрос адвоката.

— Если высокий суд позволит, у нас есть видеозапись следственного эксперимента, на котором видно, как всё происходило в действительности, – вмешался прокурор. – Раз уж присяжные заседатели вынуждены рассматривать два дела вместо одного, им будет проще увидеть картинку воочию.

— Защита не возражает? – спросил судья.

— Нет, ваша честь, я и сама с интересом посмотрю запись ещё раз, – ответила Вэл.

На большом экране прокрутили тот ролик, что Вэл просмотрела многократно: в кабинете Вэнрайта и у себя дома. Попросив по окончании оставить на экране первый чёткий кадр с десятком ячеек, использовавшихся для опыта, она взялась расспрашивать свидетельницу о привычках и характере занятости гоблина в быту. Прокурор несколько раз порывался заявить протест, но его останавливал Дерек Ривз из тех же соображений, которыми ранее руководствовалась Вэл: нет смысла опровергать показания, которые ничем им не мешают.

— Послушайте, не знаю я его привычек и распорядка дня, – раздражённо сказала наконец ведьма. – Он всего-навсего глуповатый мальчик на побегушках, я с ним близко не общалась. Да, жил он в комнате при лаборатории, так что с того? У него все задачи были: подать и принести, из разряда пришёл – помог – ушёл. Зачем мне знать подробности его жизни?

— Оно и видно, что незачем. Вы даже не выяснили, насколько хорошо он знает числа, – усмехнулась Вэл, выдернула из лежащей перед ней папки лист с большой цифрой семь и подняла его над головой. Развернулась к гоблину, скромно сидящему на самом краю второй скамьи подсудимых и с детским любопытством глядящему по сторонам. – Рэддон, что за число?