Книга Охотница на магов желает познакомиться, страница 170 – Валентина Елисеева

Зарево магии над садом привлекло внимание обитателей поместья: к месту выяснения отношений потянулись самые храбрые любопытствующие. Менее храбрые остались поодаль и на всякий случай позвали хозяйку дома.

Лорелл растеряно посмотрел на Ульяну:

— Но за кого ты собираешься выйти замуж?!

— Ни за кого, – вздохнула выпустившая пар девушка. – Счастье не только в любви и браке, верное служение на благо людей – тоже счастье. Я верно услышала твои мысли, что отец отправляет тебя на север с инспекцией?

— Да, – уныло подтвердил кронпринц. – Ты можешь отменить свою клятву...

— Доброго пути, Лорелл, – решительно произнесла Ульяна, и кронпринц вынужденно зашагал на выход.

— Скажи, что ты не заложила ему незаконных метальных установок, – прошептал Ульяне на ухо лирмийский принц.

— О, я просто посоветовала ему внимательнее присмотреться к красавицам из высшего общества северных провинций, – заверила Ульяна.

— Ты любишь кого-то, с кем не можешь быть вместе, да? – прозорливо заметил её друг, и Ульяна еле удержала слёзы.

Она удерживала их, когда из портала выскочила взволнованная мать. Удерживала, когда сидела за семейным обедом. Удерживала, когда провожала друга на порог поместья. Удерживала, выслушивая речи отца о неразумности клятвенных обещаний, даваемых в запале под влиянием гнева.

— Хорошо, что у тебя есть разумные родители, способные оградить от ошибок! – сурово заключил Хальер. – С твоим «разумением» всё ясно, советую жить моим!

Ульяна не сдержалась: убежала из гостиной и горько разрыдалась, закрывшись в своей спальне.

Засидевшись в лаборатории генетиков и до конца выслушав их горячий диспут о структуре генов модифицированных иномирцев, Яр прилетел домой, горя желанием дочитать занимательнейший раздел учебника о сцеплении генов и кроссинговере. Макс встретил его на пороге радостным урчанием и неожиданной просьбой:

«Ты сказал бы мне, кого в твои комнаты пускать можно, а то заклинания на двери и окнах пускают всех, кого не лень!»

«Они пропускают тех, кто пришёл без дурных намерений», – поправил Яр.

«Покажи мне хоть одного, кто тут ходит с дурными намерениями! Я и говорю: всех пускают, кому дойти до тебя не лень. Ладно, Лесли – она своя, практически родная, а если кто другой нагрянет?»

— Лесли?! – вслух воскликнул Яр, и на его возглас в коридор вышла белокурая сестрёнка Ульяны.

— О, привет! Поздновато домой возвращаешься, целитель, – сказала девочка, недовольно тряхнув косичками. – Я тут проголодаться успела!

Проглотив всю массу своих вопросов, Яр гостеприимно распахнул дверь кухни. При виде выставленного на стол пирога Лесли гневно засопела:

— Вот куда все вкусности из нашего дома исчезают! «В общежитии съем, дома уже досыта наелась», – передразнила она Ульяну, пародируя её голос. – Я, пожалуй, почаще к тебе заглядывать буду.

— Заглядывай, – разрешил Яр. – Родители не будут волноваться, что тебя вечером дома нет?

— С чего бы? Они уверены, что я дома есть, – пожала плечиками бойкая сестричка Ульяны, налегая на пирог. – И вообще, им сейчас не до меня.

— Почему же? – улыбнулся Яр.

— Сестру мою за принца замуж выдают, не слышал, что ли?

Из рук Яра выпал и разбился на осколки заварочный чайничек. Коричневая лужа расползлась по полу уродливым пятном. Лесли оценила безобразие и явную неготовность хозяина жилплощади навести порядок, и взялась сама магичить, убирая и пятно, и осколки чайника.