Книга Охотница на магов желает познакомиться, страница 62 – Валентина Елисеева

Ваза с цветами вновь возникла на месте кружки. Постояла и пропала, а Ульяна велела:

— Пробуй дополнить заклинание сам. Не полностью сменить его, а добавить лишь то, что я убрала.

Яр сделал несколько попыток, но с его рук упорно лилась хорошо видимая радуга цветов полного заклинания. Ульяна виновато глянула и извинилась:

— Прости, мне следовало начать с более простого задания. – Она выложила на стол пустые накопители и распорядилась: – Залей их магией так, чтобы использовать лишь невидимый её компонент. Никаких заклинаний, просто вычлени ту часть, что не можешь видеть, ощути её и направь в накопитель. Вот так.

Один из амулетов без всяких видимых причин сменил фиолетовый огонёк на зелёный под рукой Ульяны. Наполнять магией амулеты умели даже дети малые, и Яр уверенно протянул руку. Под ладонью замерцало радужное облако, и синеглазка скомандовала:

— Замри! Теперь убирай все цветные нити, по очереди. Сможешь?

— Конечно, это нетрудно. – Яр убрал все виды магии, радужное свечение пропало. – Что теперь?

— Вливай, – велела синеглазка.

Яр сдержал скептическое фырканье. Вливать что? Пустоту?! Но привычное действие произошло автоматически и, о чудо, индикатор амулета начал наливаться синим цветом, голубым и наконец замигал зелёным!

Да быть того не может!

Яр с таким изумлением рассматривал собственную руку, что Ульяна расхохоталась.

— Поверил в себя? – спросила она лукаво.

— Пожалуй, да, – ошарашено согласился Яр. – Боже, сколь многого мы не видим! Когда-то я считал, что маг-целитель видит насквозь всё строение человеческого тела и в голове не держал, что множество нюансов недоступны «магическому рентгену», а теперь оказывается, я целый отдельный вид магии в себе проглядел!

Солнечно улыбнувшись, Ульяна сдвинула к нему с десяток накопителей и распорядилась:

— К следующему занятию залить все чистой менталкой!

Летний лес цвёл и пел, спеша не упустить последние часы уходящего дня. Неподалёку рычали аскольды, приветствуя гуляющего менталиста и распугивая неразумных зверей, что по глупости могли бы к нему приблизиться. Ульяна мысленно здоровалась с кошками той стаи, в которой некогда родилась Багира. У супругов Хальер выдался внеплановый выходной день, и они сильной родительской дланью выдернули старшую дочь из университета в маленький охотничий домик в богом забытой чащобе. И сейчас их дочь шла и думала:

«Семья – это прекрасно. Любящая семья – прекрасно вдвойне, но как же иногда хочется, чтобы родители забыли о том, что у них две дочери! Пусть нянчатся с Лесли – младшая сестричка так шустра и неугомонна, что смело заменит и трёх дочерей скопом!»

Основанием для дум явился разговор с матерью, состоявшийся, пока они стряпали походный обед. Ир Хальер с младшей дочерью ушли в лес в поиске грибов, хоть вернее сказать – сбегая от обязанности чистить картошку и отбивать мясо.

Мать, ловко орудуя маленьким ножиком, произнесла с нарочитой небрежностью:

— Принц Лорелл передавал тебе привет. Сказал, что скучает, спрашивал, когда ты бываешь дома: он хочет с тобой увидеться. – Помолчав, мать добавила: – Кстати, он не соврал ни единым словом.

Ульяна равнодушно пожала печами: ей было безразлично, произнёс принц эти слова из вежливости или от чистого сердца. Мать прищурилась и словно невзначай обронила: