Книга Держитесь, маги, мы пришли!, страница 92 – Валентина Елисеева

Кахир взмахнул заголубевшими руками, и Аврора поскользила по воздуху к открывшейся в дальней стене двери. За ее спиной раздался лязг металлических сетей, треск грозовых разрядов и приглушенный мужской стон.

В небольшой пещерке и стены и пол были затянуты толстыми коврами. Небольшие проходы в боковые ответвления нескольких ходов закрыты деревянными панелями (видимо, приставными, так как креплений на них не имелось). Глава «жрецов» велел принести ему закусок и вина, которые установил на покрытый чистенькой белой скатертью столик. Аврора с показной жадностью уставилась на еду, делая вид, что безумно голодна и ради куска хлеба с маслом готова на что угодно.

Лорд Сартор усмехнулся, надел на шею девушки еще один амулет, пресекающий ток магии, и заметил:

— Извини, голубка, но вначале – необходимые меры предосторожности. Ты, конечно, не очень сильный и еще недообученный маг, но сюрпризы мне не нужны. Сейчас этот амулетик закрепим и все железки снимем.

Надорвав ворот женского лифа, маг положил амулет на обнаженную кожу между ключицами. Золотистый огонь вырвался с кончиков его пальцев, раскаляя амулет и «вваривая» его в тело девушки. Аврора не сдержала крика боли.

— Ничего, как только Донатос признает мою власть, и мы займем место во дворце, какой-нибудь маг-лекарь тебя подлечит. Среди нас, увы, лекарей пока нет. Зато есть отличный артефактор, который успешно изготовляет такие вот амулетики в тайне от сотрудников охраны правопорядка, так что ты напрасно подозревала Пероса, голубка. Наш единственный приверженец среди советников героически погиб после вашего переноса в наши жаркие объятия.

Кахир взмахнул рукой: крепления металлических звеньев расплавились, и путы упали на пол. Аврора перешагнула через них, посмотрела на врага и мирно села за стол, старательно игнорируя боль от обширного ожога.

«Я хоть и не могу сейчас видеть защитных магических плетений на нем, но они явно есть. Нужно как-то расслабить его, чтобы он потерял концентрацию и все охранки спали. Ладно, как подвернется шанс – сразу его использую, а пока и подкрепиться не помешает: шашлык хорошо, а овощи полезнее».

Посмотрев, как Сартор накладывает в их тарелки еды из общей посудины, Аврора спокойно приступила к трапезе.

— Вы обещали показать записки Рейса, – напомнила она чуть позже.

— Да-да, убедись, что король – отнюдь не рыцарь в сияющих доспехах, защищающий скудных разумом и нравственностью людишек.

Перед Авророй лег кристалл с записью дневника Рейса. Даты на листах подтвердили, что в момент обдумывания идей гаремов кронпринцу было всего семьдесят восемь лет, чуть больше (для мага), чем сейчас Каяру. Листков было немного, и Рора быстро просмотрела записи.

Это была настоящая трагическая поэма, написанная правителем вымирающей расы. Рейс отчаянно пытался найти рассудочное решение моральной проблемы выживания магов за счет другого вида.

«Задача, заведомо не имеющая достойного решения. Вечный вопрос: лучше жить, губя чужие жизни, или лучше дружно сгинуть с лица земли  кристально чистыми и благородными магами», – подумала Аврора.

Кахир солгал, говоря, что он верный приверженец идей Рейса: молодой кронпринц действительно планировал собирать «гарем», чтобы избежать напрасных жертв среди девушек, не забеременевших от мага, но отпущенных «жен» планировалось награждать солидным приданым и выдавать замуж (люди на многое готовы закрыть глаза ради денег), а с сошедшими с ума матерями магов вести восстановительную работу в лаприкориях. Аврора понимала, что бывшим «женам магов» их новые человеческие мужья все равно спокойно жить не дали бы и довели бы их попреками до самоубийства, так как культ  чистоты невесты и косность человеческого общества не оставляли шансов на нормальную жизнь побывавшим в гареме. Рейс тоже видел эти огрехи в своих планах, так же как и осознавал, что безнравственность многоженства не сможет прикрыть безнравственность использования невинных девушек для восстановления численности магов. Один грех другим не исправишь.