Книга Держитесь, маги, вас нашли!, страница 91 – Валентина Елисеева

Тихий внутренний голос нашептывал Исле, что так и следует поступить, что все наследницы Дара поступают так, что другого им не дано самой природой... Сломай! Желание покорить, подавить, заставить, кружило голову Ислы. Ей было бы гораздо проще, не чувствуй она силы снести этот заслон! Легко не делать, если сомневаешься в способности сделать, но когда полностью уверен в своих силах – удержаться трудно...

Нет. Она не будет его «ломать». Она не хочет, чтобы все это многоцветие жизни сменилось серой мутью как у Ариана. Ей придется жить без Данира.

Девушка еще раз невесомо провела рукой по стене заслона и выскользнула из сознания мага.

— Мне жаль, – тихо сказала Исла, отступая от любимого.

— А как мне жаль, – зло усмехнулся Данир. – Не бойся, я никому не расскажу про твой Дар, твою разведывательную миссию и твою долину, в каких бы горах она ни находилась.

— Откуда ты знаешь, что я из горной долины? – вяло удивилась Исла.

— Вот только за полного дурака меня принимать не надо, – желчно усмехнулся Данир. – Я умею складывать два и два. Моя беда лишь в том, что в девушках совершенно не разбираюсь!

Данир ушел. Ушел и не оглянулся.

Исла долго стояла на ветру и морозе. Потом очнулась, устало пошевелилась, будто тяжелую ношу ей на плечи накинули. Что ж, здесь ей делать больше нечего. Надо собираться и возвращаться домой. Прямо сейчас.

Конец первой части.

Часть вторая. Необычная жена.

«Женщина сильна духом и силой воли,

а мужчина силен добротой и мудростью»,

— афоризм долины амазонок.

Глава № 18. Момент терпения в минуту гнева предотвращает тысячи моментов сожаления. (Неизвестный автор).

Данир бежал по проселочной дороге, забыв в деревне своего коня. В его груди пылал огонь, в голове мутилось, дыхание сбивалось, но долгая пробежка не имела к его взбудораженному состоянию никакого отношения.

«Восемь... восемь мужей», – эта мысль набатом звучала в его мыслях, разрывая в клочки душу и сердце. И ведь не сказала ему ничего! Думала, что он не заметит кучи чужих мужиков в ее доме?! Или думала, что и так сойдет, не жалко же места для других мужей?!

Данир простонал сквозь зубы. Вот уже ворота Тоска. Домой... ему нужно вернуться домой и все обдумать...

Наместник западных провинций ворвался в двери своего замка и наткнулся на собравшихся в холле слуг, которые при виде его радостно прокричали:

— Поздравляем с помолвкой!!!

А дальше пошла разноголосица: «Давно пора!», «А я же говорила!», «А когда мисс к нам в гости пожалует?», «Нам лорд Мальон уже все поведал!», «Ну, теперь-то скажете, чья это дочка, господин?»

Данир прислонился к стене, крепко зажмурился, сглотнул. Боги, как же больно! Заставив себя открыть рот, Данир прохрипел:

— Помолвка расторгнута. Я не желаю никогда впредь слышать об этом!

Принц сорвался с места и бросился в свой рабочий кабинет, захлопнув за собой дверь и закрыв ее на замок изнутри.

И сполз по стене вниз. Это надо пережить. Просто пережить, раз уж понять он все равно не в силах.

Долго предаваться печали и выметать из груди осколки разбитого сердца Даниру не дали: в его кабинет решительно постучался Бортел Мальон, настаивающий на том, что его высочеству следует немедленно заняться своими прямыми обязанностями. Его высочество внял гласу долга, невероятным усилием отодвинул в сторону горькие личные переживания и вышел в большую гостиную: дел в самом деле много, а на завтра назначен отлет в столицу.