Книга Черная кошка для генерала. Книга вторая, страница 54 – Валентина Елисеева

Смотря вслед покидающему их дружную компанию Темному, главарь группы сказал:

— Слушай, Сивый, на черта нам помощь картумцев? Потолкуем с этим Седым, на которого Темный наводку дал, и сами дело сварганим: нам барыша больше будет. Давно я хотел Ардамасу отомстить, да все случай не подворачивался, а теперь — сама судьба шанс дает!

— Ты не суетись, Безухий, месть местью, а деньги важней!

— Да кто бы спорил, — усмехнулся разбойник, у которого правое ухо было напрочь снесено пулей.

Темный не вслушивался в неинтересные ему диалоги людишек. Ему нужно было провернуть одно дельце на Земле.

Братец у нее — реальный скупердяй! К этому выводу пришла Лара после длительного обсуждения фасона и украшений ее свадебного платья, после страдающих гримас Варта при напоминании, что и гардероб ей нужен, хотя бы мало-мальский, и нужен срочно, так как Лара сильно сомневалась в том, что Леон хоть на день после свадьбы во дворце задержится. Хорошо, если ей на пару с лекарем удастся уговорить его в городском особняке неделю пожить, пока раны хорошо не затянутся, а то ведь он сразу в долгий поход рвануть может. Когда же Лара украшениями «своей» матушки поинтересовалась, которые всяко должны были к ней по наследству перейти (эти драгоценности к наследию Зоиларов отношения не имели, вообще-то!), то на лице Варта явственно читался горький вывод, что даже самые пышные похороны сестры ему обошлись бы куда дешевле, чем ее неожиданное «восстание из полумертвых».

Обедать Лара осталась в кабинете короля, а потом двинулась кормить своего нареченного. Когда она, вооруженная подносом, сплошь уставленным тарелками, и с бутылью противовоспалительного отвара под мышкой, решительно вошла в его спальню, генерал даже не попробовал воспротивиться действиям «сестры милосердия». Леон был заметно чем-то раздражен, но колкостями, как утром, не сыпал, только посматривал на Лару исподлобья с неприкрытой враждебностью.

«Ничего, от любви до ненависти один шаг, значит, и в обратную сторону столько же», — утешала себя Лара, у которой сердце щемило от неприязненных взглядов любимого человека.

— К ужину нам с тобой вместе в тронный зал спуститься надо: Варт будет о нашей помолвке объявлять, — передала Лара указ короля. — Нарас обещал тебя развязать, под мою ответственность: я поклялась, что не позволю тебе руками размахивать и швы портить. Сам оденешься, как подобает, или проконтролировать?

Леон агрессивно прищурился, на его скулах заиграли желваки, он начал медленно багроветь, закипая как чайник, разве что струйки пара из ушей не шли.

— Не нервничай, — безмятежно посоветовала Лара, наливая женишку чая, — чайку вот мятного хлебни — успокаивает, а то не дай Бог давление поднимется, а это при ранениях грозит возобновлением кровотечения.

— Что может знать принцесса о ранениях? — презрительно буркнул Леон.

— Поверь, милый, много может знать! — хищно улыбнулась Лара.

Леон поверил. Черт его задери: до самых кончиков пальцев на ногах поверил! Ажно дрожь прошла. Что за ерунда творится, вообще?!

Леон был зол: солдаты, его лучшие воины, отказались мешать принцессе общаться с ним! Отказались не пускать ее в его покои! Мол, пусть генерал свои временные размолвки с любимой девушкой (!!!) улаживает без их участия: ее высочество так трепетно за него переживает, так старательно ухаживает, что они не намерены мешать ей в этом благом начинании. Еще и посоветовали с самого начала налаживать в семье дружную и мирную жизнь, канальи! И ухмылялись так «понимающе»! Чтоб им самые вредные бабы в жены достались и они бы с ними «дружную» жизнь налаживали, советчики фиговы!