Книга Мой прекрасный директор, страница 164 – Валентина Елисеева

На пороге дома Василису ожидал явно озадаченный директор. Он всмотрелся в бледное, но совершенно спокойное девичье лицо:

— С вами все в порядке?

— Да.

— Точно? Я почувствовал…, – Елисей замолчал и нахмурился.

— Вы – и что-то почувствовали?! – со злой насмешкой протянула Василиса. – Удивительное дело!

Ее буравил взгляд черных очей.

— Куда вы собрались? – отрывистый вопрос.

— Гулять. Нельзя? – невинный ответ.

Елисей вздохнул.

— Я догадываюсь, что вам сейчас не сладко приходится, на это есть объективные причины… Но вы ведете себя странно, алогично, с какой стороны ни посмотри! Неужели сами не замечаете, как сильно изменились в последние дни?

— Не замечаю. – Холодная улыбка, пренебрежительный прищур. Как же хорошо не мучиться от любви, не страдать от безответных чувств, не умирать от неодобрительного слова! Жаль, что временно.

— Мне кажется, вы лжете, – прямо заявил Елисей.

— Да, вам это кажется.

Директор потемнел лицом, грозно сверкнули черные глаза.

— Как же с тобой сложно, Василиса, – шелестящим напряженным шепотом произнес он.

— Так и с тобой, Елисей, не просто, – парировала Василиса, поддержав фамильярный переход на «ты».

Широко расставив ноги и заложив руки за спину, Елисей мрачно и с подозрением взирал на девушку.

«Под действием таблетки ничего нового в его облике не замечаю», – ясным, не замутненным чувствами взором рассматривала Василиса своего любимого мужчину. Что станется с ее любовью, когда пройдет влияние психотропных средств? Можно ли любить того, кто способен отдать приказ о казни и привести приговор в исполнение?

— Ладно, скоро во всем разберемся. До следующей среды деревню не покидать, – приказал Елисей, развернулся и быстро скрылся из вида за соседним домом.

«Этот никогда не забывает про двери и про то, что нужно скрыться, прежде чем исчезать в неизвестном направлении, – сказала себе исключительно хладнокровная сейчас Василиса. – Надо найти историка, медика и осмотреть деревню без навеянных иллюзий».

Отсутствие иллюзий село изменило мало: Василиса теперь все слышала и видела без помех и ни разу не забыла изобразить «чужачку», параллельно вспоминая в подробностях все свои старые просчеты в деле конспирации, приходя к верному выводу, что маскировка у нее была не ахти.

И дом Лесьяра Михайловича, и дом историка были закрыты на щеколды и на стук никто не отозвался. На деревенских улицах они тоже не встретились, и Василиса смело постучалась к Яге Лешевне.

— Извините, не знаю, где дом Лесьяра Михайловича. Я съела что-то некачественное, – сказала Василиса, решившая убить двух зайцев одним выстрелом – и в избе соседки историка найти и проблему поисков Лесьяра упростить.

— Ох, не доведут до добра эти твои городские сладости и колбаски, – покачивая головой, говорила Яга Лешевна, проводя Василису в дом и настойчиво вручая ей настойку от болей в животе и для нормализации пищеварения.

«Без приказа директора не отравит, а он мне только не покидать деревню велел, – холодно подумала Василиса и выпила сладковато-горький настой. – Историка здесь нет, выясняем про Лесьяра».

— Медик наш только к утру на работу явится, в городе он сейчас, – рассказала Яга Лешевна и неодобрительно прибавила: – Подрабатывает…

— Слышала. У него квартира в городе?

— Дом на окраине, на опушке леса с северной стороны Энска, – без тени подозрения ответила Яга.