Книга Приключения в междумирье. Ошибка бабушки, страница 91 – Валентина Елисеева

— Ты хоть раз на Земле был?! Ты не морщись – ты отвечай на поставленный вопрос! Ах, не был? Тогда не разглагольствуй обо всех! Да, ты в чем-то прав, в моем мире встречаются всякие индивидуумы, есть и крайние мерзавцы. Но подавляющее большинство(!) моих «одномирников» – нормальные, честные, разумные, работящие люди! – Сжав кулачки и потрясая ими, Вера наступала на демона. – Кучка убийц и насильников не делает ВЕСЬ мир мерзким и убогим! Чего пятишься, рогатый? Убоялся низшей человечки?!

Перед сумрачно молчащим демоном-хранителем замерцал знакомый желто-золотистый шарик, Квазик ткнул в него когтем, Вера закричала: «Стой! Не сметь исчезать посреди диалога!» – и вцепилась в Квазика мертвой хваткой.

Их затянуло в золотистый туннель, который странно искрил и кривился. Квазик ругался не на универсальном, так как Вера его не понимала, но это было и к лучшему, так как орал он что-то явно уровня 18+++. Даже, вполне возможно, уровня 40+, так что Вере не по возрасту было выслушивать такие ругательства. В перерывах между матюгами чего он там бухтит про не рассчитанную перегрузку и закукливание туннеля? Про отсутствие гравитационно связанных структур на пути следования? Это очень плохо?

— Держись крепче! – рявкнул Квазик, обхватывая ее руками и обвивая хвостом.

Далекие звезды закружились в сплошном хороводе, вызывая головокружение и тошноту, и Вера зажмурилась, тесно прижавшись к надежной широкой груди полосатого демона.

«Всю жизнь не везло с мужчинами, так хоть помру в крепких мужских объятиях», – мелькнула несвоевременно веселая мысль. У нее начинается истерика? Почему каждое утро происходят какие-то катаклизмы?!

Уши заложило от низкого гула, потом раздался громкий хлопок, и Вера с визгом впилась ногтями в плечи хранителя. Сомкнутые веки не смогли загасить свет ослепительной вспышки и перед глазами поплыли красные круги. Складывалось устойчивое ощущение, что ее крутит в центрифуге, которая с громким скрежетом и взрывами разваливается на части. А потом Веру словно выплюнуло наружу и все звуки стихли. Ноги встали на ровную поверхность, но Веру продолжало шатать и штормить – ее вестибулярный аппарат рассвирепел от перегрузок, махнул рукой на нерадивую хозяйку и ушел на заслуженный отдых.

— Глаза открыть можно? – тихонько просипела Вера, боясь отлепиться от демона-хранителя.

— Лучше не надо, – мрачно ответили ей.

Давно известно, что лучший способ заставить женщину широко распахнуть глаза – это сказать, что их следует держать крепко закрытыми, причем – без объяснения причин. Вера оторвала голову от мускулистой груди и поспешно осмотрелась.

Мамочки! Они с Квазиком стояли у подножия какой-то черной скалы, а их окружали полуголые дикари в набедренных повязках и с яркими перьями на головах, точь-в-точь, как на иллюстрациях в книгах Фенимора Купера. С серого неба светило голубое солнце, а трава под ногами дикарей была фиолетового оттенка.

— День без попытки суицида – это бесцельно прожитый день, да? – устало спросил Квазик, затягивая Веру за свою широкую спину и обозревая море свирепых диких лиц и частокол наставленных на них копий. – В ауре вашей планетки я видел склонность к пониженному инстинкту самосохранения. И ты еще будешь кричать, что не такая, как говорит строгая наука?!