Книга Приключения в междумирье. Наперегонки со смертью, страница 32 – Валентина Елисеева

— Ты говоришь странные глупости – невозможно захватить бесконечность! – закатил глаза Тан.

— Ну, ты меня понял. Расскажи, если знаешь: как-то следят за тем, что творят творцы? Извини за тавтологию.

— Ну, насколько я слышал, есть программы, которые регистрируют изменения в поведении, словах, действиях творцов. Вообще-то, деградация высшего существа проявляет себя ярко, и если кто-то из высших (необязательно из творцов) вдруг начинает откатываться в своем развитии назад, впадая в эгоизм, гнев, зависть, то об этом сразу всем становится известно. Такие случае крайне редко, но бывают.

Ага, уже теплее! Квазик упоминал, что бывают отщепенцы и среди высших рас, которых принудительно отправляют в ссылку в низшие миры. И кто знает, чем они там занимаются?

— Но такие опустившиеся высшие теряют все свои способности и ничем не отличаются от представителей низших рас, – разбил зародившуюся теорию Веры Тан.

— А если какой-нибудь творец миров живет уединенно, на самостоятельно созданной без разрешения планете? Творит всякую нежить из лучших побуждений, а та дичает и расползается по Вселенной? – сходу придумала Вера еще один вариант.

— Невозможно тайком создать планету, Вера! Системы регистрируют все новые возникающие миры, и если кто-то вдруг решит без разрешения создать новый мир (такого никогда не бывало, впрочем), то такого творца тут же выявят и навсегда отстранят от работ с изначальной материей.

Хм, либо юный Тан чего-то не знает, либо она идет по неверному пути. Попробуем прояснить еще один момент:

— Творцы могут родиться среди низших агрессивных рас?

— Нет. – Это молодой хранитель произнес с железобетонной уверенностью. – Творцы миров – это редчайший венец развития любого высшего существа и только высшего существа.

Вот так… Парадокс получается: специально агрессивных кадавров может создать только злобное существо – это раз, кадавров в принципе могут создать только самые светлые, добрые и благородные высшие – это два, но эти «раз» и «два» противоречат друг другу!

Так откуда берётся в таком количестве нежить?! Мистика…

Собственная неспособность дать вразумительный ответ на этот вопрос привела к тому, что усиленные действием чертовой печати, в голову полезли непрошенные мысли о собственной глупости, алогичности, необразованности по космическим меркам, так что приглашение Тана заглянуть в гости к его друзьям было воспринято с благодарностью и энтузиазмом. Что угодно, лишь бы не впадать в уныние! Если уж ей суждено умереть и угаснуть, то пусть это будет не вялое, бессильное тление унылого пепелища, а яркий, искрометный пожар! Пусть ее кончина запомнится этому сектору Вселенной почище песен на астероиде и дизайнерских изысков в доме Квазика.

— С тобой многие хотят познакомиться. Я обещал, что загляну с тобой в наш клуб, – признался Тан. – Ты не против?

— Двумя руками «за»! – вдохновлено закивала Вера. – А ты сможешь меня трансгрессировать?

— Конечно! Я не хранитель уровня эль, но элементарные вещи с детства умею делать, – слегка обиделся парень.

Золотистый туннель вывел их из серой мглы изначальной материи к сказочной планете, планете-мечте, на которой царило вечное лето под ласкающими лучами розового солнца. Клубом юных хранителей была вся эта планета! Именно так: планета – клуб, подаренный дружественными творцами миров, воплотившими на ней самые разнообразные и заветные мечты детей и подростков. Многочисленные пляжи, усыпанные белым песком, мириады островов посреди теплых морей, все подводные обитатели которых были дружелюбны, как дельфины, и с удовольствием играли с детьми в голубых волнах. Животные суши тоже охотно выходили пообщаться, птицы садились на руки, стоило их только протянуть, даже ветерок был теплым и приветливым. Для детей постарше тут были скоростные трассы для болидов и скартов, горы с нетающими снегами и лыжными трассами, леса и подземные пещеры с лабиринтами каменных ходов. Все здания на планете были изящными, как китайские пагоды, и представляли собой кружки по интересам: где-то играли в настольные игры, где-то танцевали, где-то пели, вокруг иных домов на широких террасах сидели художники, чертившие что-то на полупрозрачных экранах и или по старинке покрывая красками холсты.