Книга Приключения в междумирье. Наперегонки со смертью, страница 64 – Валентина Елисеева

— Хвост демона – это мощное оружие, Вера, – рыкнул хранитель уровня эль, тщетно пытаясь выдернуть свой «арсенал» из цепких ручек под ошарашенными взглядами окружающих.

— Не бойся, не поврежу твой боекомплект, – фыркнула любительница всего пушистого. – Что-то Мими давно не видать, я по ней соскучиться успела.

Народ вокруг почему-то напрягся и попятился. Неужели Мими и тут кого-то проглотить успела?

— Ты очень странная, – вздохнул Квазик, – но я начинаю к этому привыкать… Вера, отпусти, я не могу явиться в штаб бесхвостым! Стой тут и никуда – слышишь: никуда! – не уходи! А если заскучаешь – возвращайся ко мне в штаб, но больше – никуда!

Она и не ушла. Вот еще – уходить от такого мужчины! Не дождется. Это у высших дамочек, видно, нормальных взрослых мужиков навалом, а русские женщины внезапно обретенными возлюбленными не разбрасываются.

Вначале гонок было шоу. И шоу было грандиозным! Оно охватывало все пространство вокруг, включая смотровые площадки, которые оказались в центре пульсирующего света, где рождались объемные прозрачные и красочные образы великих скартистов прошлого, проносившиеся на своих болидах сквозь толпу и взмывающие над ней, делающие круг почета вокруг черной дыры и рассыпающиеся искрами фейерверка. Сопровождающая это «лазерное шоу» музыка звучала, казалось, из всех точек космической пустоты одновременно и обволакивала слушателей со всех сторон. Пламенной лентой вокруг черного шара пошел список нынешних участников, тонкие нити ткали в пустоте голографические изображения их лиц и скартов, звучали мотивы разных миров и рас. Оглушенная и ошеломленная Вера замерла в восхищении на смотровой площадке у входа в Айчерный Центр в толпе таких же восторженных зрителей.

Это невозможно было передать словами, это можно было только услышать и увидеть. Замирающие последние искорки финального фейерверка, выстроившиеся в ряд скарты первого заезда, оглушительный и ослепительный взрыв, возвестивший начало гонок (любят эти высшие и нейтральные расы громкие звоночки), нырнувшие в жемчужный диск светящиеся точки, спешащие набрать энергию и скорость, приблизившись к максимальному пределу. Эти точки летели по кругу, то приближаясь к черной дыре, то отлетая от нее, то вытягиваясь в овал, то возвращая себе круглую форму. Постепенно они скрылись из виду, обогнув черный шар, и теперь следить за ними можно было только на экране, транслировавшим вид с обратной стороны черной дыры.

Большинство болельщиков с тихими хлопками исчезли, переместившись на противоположную сторону смотрового периметра, чтобы продолжить прямое наблюдение за участниками. Кто-то переместился в бары, где собирались в группы поклонники разных скартистов, заключая пари, чей кумир придет первым. Пространство вокруг обезлюдело, участников первого заезда Вера не знала, а «болеть» за случайную точку на экране было как-то глупо, она и на Земле не была заядлой поклонницей спортивных соревнований и завсегдатаем стадионов. Ни Тана, ни друзей его Вера не видела, они наверняка готовились к собственным заездам или горячо «болели» на другой стороне смотрового периметра. Величественная картина сколлапсировавшей звезды вдруг вызвала слезы на глазах, как Тадж-Махал, который при всем своем великолепии является в первую очередь мавзолеем и сердце его – две гробницы. Возбуждение схлынуло, и как прилив неумолимо сменяется отливом, так и радужное настроение Веры стало быстро окрашиваться в серые тона.