Книга Демон на одну ночь, страница 151 – Валентина Елисеева

— Тоже правило из твоего бизнеса? Какой прелюбопытный у тебя бизнес! – с сарказмом ответствовал Вэнрайт, но по сути аргумента возражений не вынес.

Возражений не нашлось и у патологоанатома, с недоумением разглядывающего горстку пепла в свете яркой лампы. Всякое живое существо, даже представитель ИГР, состоит из органических тканей. Когда знатоки Иных рассказывают, что в момент смерти вампира его тело рассыпается прахом, они несколько преувеличивают: на самом деле тело вампира лишь через несколько часов после гибели начинает молниеносно разлагаться, будто время поставили на ускоренную перемотку, и быстро доходит до стадии скелета. Однако в данном конкретном случае ни о каком скелете и речи не шло...

Как известно, при кремации органика выгорает с образованием паров воды и углекислого газа, которые благополучно улетучиваются и в составе праха уже не фигурируют. При обычной кремации органика выгорает не полностью, иногда даже анализ ДНК удаётся сделать по сохранившимся в пепле частичкам, – обратить тело в горсть чисто неорганических остатков довольно трудно. Однако на сей раз к патологоанатому доставили именно их.

— Если убийца впрямь изобрёл зелье, позволяющее сжигать сложные углеводороды настолько дотла, то его перед казнью следует представить к Нобелевской премии. – Такой репликой встретила Кэтрин пришедшего в морг токсиколога. – Уникальный метод сберегающей природу, стопроцентно экологической утилизации! Капнул зелья, на солнце вынес – и всё, одни минеральные удобрения в остатке. Все «зелёные» должны аплодировать ему стоя и провожать в камеру смертников с оркестром.

— Совсем ничего не нашла? – разочарованно протянула Аманда, натягивая перчатки и окутывая прах ведьминскими заклинаниями. Плотно пообедав с Габриэлем в столовой полицейского участка, где все косились на залётного графа, она вернулась к работе в благодушном настроении, твёрдо намеренная мигом разгадать все секреты таинственно погибшего вампира.

— Отчего же, фосфат кальция, как видишь, имеется в значительном количестве, – ехидно обвела рукой останки некромант. – Ещё есть оксиды кальция, немного солей натрия и калия, а всего остального уж совсем чуть-чуть. Что сожгли – сказать не возьмусь, но вариант списанной на утилизацию колбасы меня вполне устраивает.

— Меня тоже, – мрачно согласилась Аманда и поворошила рубашку с брюками, лежащими отдельно. – Каким образом тело так могло сгореть в огне, что осталась совсем не тронутой одежда?

— О, есть мифическая гипотеза, что солнце убило только вампира. На одежду, разумеется, солнечный свет столь пагубно не влияет: у меня никогда не загоралось платье в ясный день, и туфли, не поверишь, тоже ни разу не полыхнули.

— А не мифическая гипотеза звучит коротко: «никак»?

— С тобой неинтересно разговаривать – ты всё наперёд знаешь, – укоризненно покачала пальчиком Кэтрин.

— Кто-то подсыпал золу в одежду вампира и устроил огненное шоу, призванное убедить случайных свидетелей, что тот сгорел от солнца? В итоге мы наблюдаем усиление паники среди Иных, начавшейся из-за возгорания фениксов и драконов. Страх перед изобретениями современной науки зародился среди представителей ИГР после применения людьми ядерного оружия, а теперь его успешно всколыхнули вновь. Жаль, у нас нет доказательств, что этот пепел не является прахом вампира – я тоже отличительных черт в нём не нашла.