Книга Замуж за предателя, страница 97 – Наталия Журавликова

— Да, — он кивнул, — я здесь по делам на несколько дней. И… если честно, очень хотел встретить тебя.

— Зачем? — спросила я, чувствуя, как от этих слов поднимается в душе тоска.

Все упущено. Он испортил то, что было возможно между нами, еще в зародыше.

Я продолжала его любить. Но в наших отношениях не могло быть смысла.

— Поговорить. Объясниться. Дай мне такую возможность, Зелла. Уверен, она нужна нам обоим.

Он пристально вглядывался в мои глаза..

— Не бойся, я не буду тебя умолять вернуться ко мне или пытаться очаровать магией. Но все, что произошло, гложет меня до сих пор. Я не могу перестать думать об этом. Ни дня нет, чтобы я не вспомнил о тебе. Мое наказание продолжается до сих пор.

— И что же, никто не смог тебя утешить? — спросила я, понимая, что мой голос звучит язвительно.

— Ты о ком? — он будто не понял.

— О женщинах. Красотках, которых вокруг тебя всегда предостаточно.

— Нет никаких женщин, Зелла. Хотя ты, вероятно, мне не веришь.

— Не верю, — согласилась я, — как можно верить завзятому сердцееду, для которого само собой было перед встречей с невестой опрокинуть на стол симпатичную барышню в укромном месте.

— Да, я таким был раньше, — подтвердил Лаэрт, — и не буду тебе клясться, что этого больше нет и не повторится. Это за меня покажет сама жизнь. Но все же, не откажись со мной поговорить. Разве не удивительно, что мы встретились сейчас? Словно сама судьба тебя подвела к этому экипажу. Я еду отужинать в ресторан. Составишь мне компанию?

— Хорошо, — вздохнула я, — но это будет лишь один разговор, к которому мы больше не вернемся. И постараемся завершить эту историю. Ты прав, мы не поставили в ней точку. И меня тоже мучает это отсутствие внятного финала.

Я постаралась улыбнуться, вышло слабо.

— Отлично! — Лаэрт повеселел. — Признаться, у меня живот подвело, и это делает жизнь еще печальнее.

Бывший муж открыл оконце, связывающее салон с кучером.

— Продолжаем ехать в ресторан, — сказал он.

— Да мы уже рядом с ним! — послышался ответ.

— И верно, — Лаэрт посмотрел в окно, — в этом месте подают моих любимых устриц и креветочный паштет. Или ты не любишь морские продукты?

— Люблю, — признала я.

— Я ведь совсем не знаю твоих интересов, — в его голосе звучала горечь, — и не потрудился узнать.

— Зато мне известны все твои предпочтения, — не смогла удержаться, чтобы не заметить, — ведь меня обучали тебя радовать.

— Ужасно, — он вздрогнул.

Карета остановилась, Лаэрт рассчитался с возницей, и мы отправились в ресторан.

Посетителей было немного. Весь цвет общества сейчас был у Лепентиров.

Так что с любопытством разглядывать нам пришлось преимущественно администраторам и официантам заведения.

Нам выделили уютный столик в укромном месте, которое не просматривалось ни с одной стороны. Справа зеленая стена из растений, слева — искусственный водоемчик с фонтанчиком. Позади затемненное окно, а спереди изящная ширма, задрапированная живым вьюном.

— Выбери сама, что тебе нравится, пожалуйста, — попросил Лаэрт, сдвинув ко мне карту блюд, — мне хочется узнать тебя лучше.

— Не кажется ли тебе, что поздно и бессмысленно это делать? — мой ответ прозвучал резко. Ну и пусть.

— Но все же сделай это, если нетрудно. Надо же чем-то ужинать.

Что ж, я сделала выбор блюд. Это ведь ни к чему не обязывает.