Книга Проданная генералу. Второй шанс для дракона, страница 28 – Сима Гольдман

Экономка побагровела ещё сильнее.

— Я доложу господину о вашем неподобающем поведении! А пока марш работать! До рассвета.

Она попыталась схватить меня за руку, но я отпрянула.

— Только попробуйте, — предупредила я, наконец выпрямившись. — И вы пожалеете.

Мне было непонятно, откуда такая волна гнева у матрисс Бригитты. Мы с ней мало пересекались, и уж тем более я ни разу не сделала ничего такого, чтобы заслужить подобного отношения.

Рабство рабством, но относиться к людям как к скоту она не имела права. Как и никто другой.

— Вольф, Логан, — бросила она, и в дверном проёме показалось два гиганта безобразной наружности. — Тогда познакомься с моими сыновьями.

Двое громил мгновенно оказались рядом.

Огромные ручищи схватили меня за локти и подняли как куклу.

Я отчаянно пыталась вырваться, но их хватка была железной.

— Нет! — закричала я, когда они оторвали меня от Матью.

Они громко заржали.

Матью, не раздумывая, бросился на одного из них, пытаясь защитить меня. Но здоровяк лишь небрежно отмахнулся, как от назойливой мухи.

Мальчик отлетел к стене. Послышался глухой удар. Хрупкое тельце безвольно сползло по стене.

— Матью! — закричала я.

Я рванулась к нему, но громилы лишь сильнее сжали свои клещи.

Матрисс Бригитта наблюдала за происходящим с садистской улыбкой.

— Не переживай, — прошипела она. — С твоим щенком всё будет в порядке. А вот ты у меня попляшешь.

В глазах потемнело от ярости и страха. Спазм скрутил живот, но я не могла думать о себе. Только о Матью.

— Если вы тронете его хоть пальцем… — начала я, но слова застряли в горле.

— Не тронем, — оскалилась экономка. — Пока что. А теперь марш на кухню, пока я не передумала!

Громилы потащили меня к выходу. Я извивалась в их руках, пытаясь вырваться, но это было бесполезно.

Громилы тащили меня по коридору под руки.

Я продолжала вырываться, но их хватка была железной.

— Отпустите! — кричала я. — Пожалуйста, отпустите!

Мы миновали один коридор. Слуги, попадавшиеся нам навстречу, испуганно прижимались к стенам, отводя взгляды. Никто не осмеливался вмешаться, чтобы помочь.

Наконец они выволокли меня через чёрный ход на улицу.

Холодный ночной воздух обжёг разгорячённую кожу.

— Сюда, — прохрипел один из громил, поворачивая к хозяйственной пристройке.

Они протащили меня через двор, мимо хозяйственных построек, к столбу.

— Пустите! — снова закричала я.

Громилы толкнули меня. Я рухнула на колени, но даже не почувствовала боли.

— Заткнись, — прорычал один из них.

— Чтобы эта девка работала как положено, ее нужно бить, — оскалился второй.

— Десять ударов, — вынесла вердикт Бригитта. — За каждый писк плюс один.

Один из громил схватил меня за руку. Его пальцы впивались в кожу, оставляя, наверное, синяки. Он потащил меня к столбу, как куклу, не обращая внимания на мои попытки сопротивляться.

— Не надо… пожалуйста… — шептала я, но мои мольбы ему были безразличны.

Он толкнул меня к столбу. От боли перехватило дыхание. Второй громила уже держал в руках веревки. На лице не было ни капли сочувствия.

— И ни звука, — прорычал он, обматывая путы вокруг моих запястий. — Будешь дергаться — получишь больше.

Веревки впивались в плоть. Кровь начала пульсировать в запястьях.

Матрисса Бригитта подошла ближе, наслаждаясь моментом с каким-то извращенным удовольствием.