Книга Проданная генералу. Второй шанс для дракона, страница 70 – Сима Гольдман

Девушка вздрогнула.

Пальцы судорожно сжали край салфетки, превращая тонкую ткань в жалкий комок. Она метнула испуганный взгляд на леди Колум, но та лишь приподняла бровь, предоставляя той самой себя защищать.

— Я… — Ламари запнулась, — Мы с леди Колум познакомились на благотворительном вечере в театре. Шесть лет назад.

Так этот план разрабатывался не один год. Методичное разрушение моей жизни и брака.

Эйнар склонил голову и улыбнулся.

— В театре, значит. И что же могло связать столь разных людей?

Его тон оставался вежливым, но в каждом слове сквозил яд.

Ламари заёрзала на стуле, явно жалея, что не может провалиться сквозь землю.

— Дорогой, — вмешалась я, не выдержав этого спектакля, — не стоит утомлять гостью расспросами. Что же до леди Колум, то она могла в наше отсутствие приглашать гостей. Почему бы и нет, — я постаралась улыбнуться как подобает до безобразия приличной леди, которой я когда-то была.

Леди Колум издала короткий нервный смешок.

— О, Элен, как мило, что ты так заботишься о чужих правах. Особенно учитывая, что сама ты…

Она осеклась, заметив, как напрягся Эйнар.

Ламари, воспользовавшись паузой, торопливо затараторила.

— Я уверена, что видела вас в особняке. Кажется, вы мыли полы.

О, шпилька засчитана.

Аэрону, кажется, надоело это представление, и как только вошел лакей для смены блюд, то сразу же отправил Матью с ним прогуляться по замку. Это было лучшим выходом в данной ситуации.

Лакей с мальчиком исчезли за дверью, и атмосфера в столовой мгновенно накалилась до предела.

Аэрон откинулся на стуле, скрестив руки на груди. Его взгляд, тяжёлый и немигающий, по‑прежнему был прикован к Ламари.

— Ты потрясающе наблюдательна, — повторил он медленно, растягивая слова. — Так что ты тут забыла?

Ламари побледнела, её пальцы судорожно сжали салфетку. Она открыла рот, но не издала ни звука.

Леди Колум резко поставила бокал на стол.

— Довольно игр.

Эйнар усмехнулся.

— О, мама, но ведь именно ты всегда так заботилась о репутации семьи. Что ж, давай побеседуем. Прошу, — он указал на дверь и подал мне руку. — Ступай в кабинет. У нас планируется долгий разговор, который касается только нашей семьи.

Мы втроем поднялись из-за стола — я, Эйнар и леди Колум.

Аэрон остался в столовой, бросив нам вслед лишь короткий, многозначительный взгляд. Ламари так и осталась сидеть, бледная и растерянная.

Эйнар шёл впереди.

Леди Колум шла сразу за ним с видом оскорбленной невинности.

Мы вошли в кабинет. Тут царил полумрак, но я решила раздвинуть тяжелые шторы и открыть окно, чтобы впустить хотя бы капельку света и свежего воздуха.

Эйнар, не говоря ни слова, отодвинул для меня кресло у стола. Я молча опустилась в него и стала ждать его торжественной речи.

Да, я жаждала справедливости. Была оскорблена и обижена до глубины души и нежно лелеяла собственную слабость. Хотела быть сильной, но была надломлена.

Леди Колум села на софу напротив, скрестив руки на груди. Её лицо оставалось непроницаемым, но я заметила, как ее губы тронула едва заметная усмешка.

— Ну что ж, — начала она, стараясь сохранить тон светской беседы, — раз уж мы здесь, может, объяснишь, сын, к чему весь этот спектакль?

Эйнар медленно провёл ладонью по поверхности стола, а потом выпустил драконьи когти и царапнул полированную поверхность.